— Приду Макс Са. Нел хороший, Миа плохой, — мою рыжеволосую красавицу Рам недолюбливал по причине, что она позволила себе презрительно высказаться о железных наконечниках для копий. При это она демонстративно хвалила бронзовый наконечник своего копья. Только уважение ко мне спасло ее от мести уязвленного кузнеца в тот день. Потом вроде они помирились, но как оказалось, осадок у Рама остался.
Самым тяжелым для меня был отчёт Хада: оба наших колодца, что были вырыты вне стен крепости, были загажены в буквальном смысле этого слова. То ли дикари приняли их за сточные ямы, то ли главной их целью было обосрать весь Плаж. Преуспели во втором они конкретно: из колодца, что был рядом со скотным двором, извлекли две тушки коз и ведро дерьма. Сразу дал указание Хаду, чтобы вычерпали всю воду, пусть пойдет на полив кустов малины и скоту.
Второй колодец остался нетронутым, но туда провалился один из буйволов и застрял. Туша мертвого животного раздулась, и его не удалось вытащить. Надо было расчленять тушу, а это значило, что и из этого колодца воду придется вычерпать до самого дна. Недалеко от леса на самодельной пилораме, как ее называл Тиландер, сушились доски. Огромных трудов стоило распилить такое количество бревен самодельной пилой. От досок остались жалкие крохи: дикари пустили их на огонь, не утруждая себя собиранием хвороста.
Вначале саранча, следом дикари, было от чего взвыть волком. Горная гряда не оказалась стопроцентной защитой. Похоже, вместо маленького дозора, там придется поставить серьезную крепость, которая сможет контролировать перевал и не пропустит врагов. А в случае необходимости своевременно даст сигнал о нападении.
Когда пришло время ужина, голова распухла от обращений местных жителей, которые приходили жаловаться. Практически все их скудные запасы пищи были уничтожены нападавшими. Глиняная посуда была побита, часть хижин была разрушена. Большинство шкур были в моче, словно черные специально искали возможность помочиться на них.
Бар первым заметил, что мое терпение на исходе и криками погнал толпившихся жалобщиков. Нел и Миа хлопотали, накрывая на стол. Я молча поел, стараясь не думать о судьбе женщин и детей, которых нагонит отправленная мной погоня.
Время экспансии
Прошло два месяца с момента как Плаж на сутки был захвачен неприятелем. Вспоминая события тех дней, не переставал восхищаться военным гением покойного вождя Сиха, который сумел выставить против нас шестьсот двух воинов, считая сбежавших ночью пленных. Именно столько трупов насчитал Уильям, который руководил очисткой территории поселения. Для каменного века это была колоссальная армия, вряд ли в ближайшие годы такое число воинов могло появиться в наших окрестностях.