Когда меня провозили мимо, он поднял голову. И я не узнал его. За одну ночь Дмитрий Борисович поседел. Буквально. Его виски, которые ещё вчера были покрыты ровной чёрной краской (да, он красил волосы, кто бы сомневался), теперь были пепельными. Серыми, как сама реальность вокруг.
Он посмотрел на меня. В его глазах не было обычного высокомерия или злости. Был только животный, первобытный ужас. Ужас человека, который всю жизнь строил финансовые пирамиды, а потом столкнулся с тем, что наверху нет никаких инвесторов. Есть только тьма, и она хочет сожрать его деньги вместе с ним самим.
Его бизнес висел на волоске. Клиника разгромлена, пациенты в шоке, персонал в истерике. И никакие взятки не починят эти стены. Он это понимал. И это понимание ломало его прямо на глазах.
— Ким… — хрипло позвал он, когда я проезжал мимо.
Я не обернулся. Мне было плевать на его проблемы. Мои собственные проблемы были чуть ниже спины и отказывались двигаться.
Скорую помощь грузили у главного входа. Носилки вкатили в салон. Лёха попытался запрыгнуть следом, но один из людей Морозова преградил ему путь.
— Только медперсонал, — буркнул амбал.
— Я медперсонал! — рявкнул Лёха, хватаясь за поручень. — Я его личный хирург, мать вашу!
Лиза уже была внутри. Она сидела на откидном сиденье, всё ещё сжимая мою руку, и не собиралась никуда уходить. Морозов кивнул амбалу, и Лёху впустили.
Двери захлопнулись. Сирена взвыла, разрезая ночь. Машина дёрнулась и помчалась по улицам, унося меня прочь от проклятой клиники.
Я лежал, глядя в потолок салона. Гул мотора, мигание фонарей сквозь тонированные стёкла, запах антисептика и бензина. Лёха что-то тихо говорил Лизе, она кивала, не выпуская моей руки. Её пальцы были тёплыми. Живыми. Они давали мне точку опоры в этом вращающемся мире.
Я закрыл глаза. Боль отступила, сменившись тупой, тяжёлой пустотой. Система перед глазами висела тихой, зелёной плашкой:
ИНТЕГРАЦИЯ 45%. СТАБИЛЬНО
Ну вот и всё. Первая операция завершена. Пациент жив. Ходить не будет, но дышит. Для первого раза в новой реальности — это победа.
Я расслабился, проваливаясь в вязкую темноту наркоза, который сам себе мысленно назначил.
И тут система мигнула.
Нет, не зелёным. И не красным.
Текст проступил белым, резким, как надпись на чёрном экране старого компьютерного терминала. Буква за буквой, беззвучно и неотвратимо.
ПЕРВАЯ СТАДИЯ ПРОЙДЕНА.
Я замер. Мой разум, уже готовый отключиться, резко вернулся в реальность.
ВЫ ОТКАЗАЛИСЬ ОТ СИЛЫ.
ВЫ ВЫБРАЛИ БЫТЬ ЧЕЛОВЕКОМ.
Откуда-то из глубины сознания поднялось странное чувство. Не страх. Скорее, отторжение. Как если бы система — этот бездушный машинный интерфейс — вдруг усмехнулась.