— Ты бредишь? — участливо спросила Мириам.
— Нет, к сожалению. Вот что у нее было.
Не только моя учительница прятала кинжал на ноге. Я задрал штанину и извлек из кожаного чехла короткий волнистый клинок без рукоятки. Положил перед ней.
— Это заготовка. Не рабочая. Не хватает, как ты сама можешь видеть, рукояти, гарды и глаза серафима. Авантюристы, как ты их назвала, планировали собрать полноценный кинжал.
Мириам, ничего не говоря, двумя пальцами, осторожно, чтобы не порезаться, взяла опасный предмет, поднесла к глазам. Помолчала.
— Могу сказать, что он хоть и не закончен, но довольно старый. Я бы назвала его братом того, что ты привез из Прогансу.
— Я тоже это заметил.
— Так что там насчет спасения? Что пришло ей в голову? — слишком уж небрежно поинтересовалась она.
— Кристина знала, что ты больна?
— Я сама ей сказала. Как только старга меня обрадовала. И что с того?
— Ну, как я понимаю, у твоей ученицы родился план. Добыть тебе настоящий клинок темного кузнеца. Чтобы ты больше никогда не имела недостатка в душах, которые можно забрать и добавить себе жизни и здоровья.
И вновь в комнате разлилось тяжелое молчание.
— Она ведь не думала, что я соглашусь!
— Как видно, не исключала такой возможности.
— И я им не воспользовалась! — отчеканила та. — Не надо вновь возвращаться к самому началу нашего разговора, Людвиг! Это утомляет, знаешь ли.
Я пожал плечами, забрал принадлежащее мне:
— Факт состоит в том, что Кристина пыталась спасти тебя, не зная, что у магистра уже есть рабочий темный клинок.
Глаза у Мириам оставались сухими, но она словно бы постарела на десять лет.
— Что ты намерен делать с этой вещью?
— Без глаза серафима он бесполезен. Просто спрячу.
— Надежно спрячешь? — уточнила она, и я кивнул. — Где Кристина нашла его? Ты знаешь?
— Думал, ты не спросишь. В Солезино. На развалинах Ордена. На теле одного из законников.
Мириам вытянула губы трубочкой, постучала пальцами по столу:
— Ветер и кости! Снова эти ублюдки! И девочка нашла оба кинжала! У нее был какой-то странный дар.
— Везение, которое в итоге привело ее к смерти. Что делала Кристина в Солезино? Она ведь уехала за несколько дней до того, как я туда прибыл?
Мириам погрозила мне пальцем:
— А вот это, Людвиг, уже не твое дело.
— Мне кажется, что оно давно стало моим.
Пугало встало, ему наскучил разговор, и направилось к окну.
— Ну уж нет. — Снежная королева Братства оставалась непреклонна. — Подобная информация доступна лишь магистрам. А ты, насколько я помню, к ним не относишься.
— Хорошо. Я согласен.
Мой ответ поставил в тупик не только ее, но и Пугало. Оно замерло, перекинув ногу через балконные перила и уставившись на меня.