— Давай вернемся к темному кузнецу. О том первом, как я уже говорила, информации довольно мало. Нигде не упоминается, что у него была способность к волшебству. И про раскрытие адских врат тоже ни слова. Он явно не умел этого делать. Или не хотел. Или не успел. Или все это полная чушь.
— Не веришь в создание новых врат?
— Не верю. Хотя… Если человек может оказаться сыном Божьим, то почему бы не предположить существование Антихриста, способного устроить ад на земле?
— Не слишком обнадеживающее заявление.
Она кивнула:
— Согласна. Хотя по сравнению с юстирским потом угроза появления легиона чертей под моим окном все еще продолжает казаться мне сказочной.
— Не хочется, чтобы сказка превратилась в реальность. Его следует найти и уничтожить до того, как княжества начнут гнить от мора. Тогда кузнеца некому будет остановить. Все будут заняты лишь бегством от болезни, отпущением грехов и подготовкой к путешествию в рай или в ад. Уж как повезет. Я писал тебе о словах Вальтера. Ты нашла книгу?
Она скривилась:
— Быстрее найти бриллиант в грязном белье Клоповьего рынка, чем этот труд. Яков Тинд «О поздней империи и создании княжеств» довольно редкий экземпляр. Я проверила каталоги библиотекарей. Таких книг хорошо если осталось около десятка во всем мире. Одна точно есть в библиотеке исторического факультета Савранского университета.
— Ну нет. Я больше туда не поеду.
— Есть в Риапано. Есть у дожей. Есть в руках частных коллекционеров и князей. Две или три у инквизиторов. Но ни одного тома не найти ближе чем в тысяче лиг отсюда.
— А я надеялся, что у нас в архивах…
— Ну… часть наследия, как ты помнишь, осталась в Прогансу. Часть ушла в Солезино, Ордену, когда Братство разделилось на хороших и плохих.
У нее не было сомнений, что законники это однозначно плохие, раз они не с нами.
— Хотя слова колдуна, которого ты убил, все же представляются мне лживыми. Книга старая. А кузнец… если только он не живет несколько столетий… В общем, его портрет не может быть на той гравюре.
На это я мог ответить лишь:
— Вальтер сказал, лицо похоже.
— Надеюсь, что его уже едят черви! — в сердцах бросила она, взяла кружку с давно остывшим отваром, заглянула в нее и, раздумав пить, поставила на место. — Он заманил Кристину во все это…
— Лишь отчасти, — промолвил я, с удивлением отмечая для себя, что защищаю своего врага. — У нее тоже были важные цели.
— Спасение мира. Уже слышала! — не сказала, а выплюнула моя учительница.
— Как оказалось, существовала еще одна причина. Она хотела спасти тебя.
Несколько секунд собеседница вглядывалась в мое лицо, надеясь, что я шучу, и свет свечей играл на ее красивых скулах.