Перед самым рассветом, в комнату постучали.
Я открыла, думая, что это Адель, но на пороге стоял Леввек.
— Тут вам подарок, капрал Боллар. От принца, — кашлянул он и поставил на порог огромную корзину, украшенную лентами.
— Почему от принца? — удивилась я.
— Ну как же? За спасение друга… — пробасил норт и ногой подпихнул корзину в мою сторону. — Вообще-то от подарка принца вы отказаться не можете. Вот, тут ещё грамота лично от имеператора Пеннара Первого.
Он всучил мне большой плотный конверт с гербом и ещё раз подвинул корзину в мою сторону. Ногой.
— Хватит пинать мою корзину! — воскликнула я, подцепила её и пошатнулась, чуть не упав.
К счастью, Леввек к такому повороту был готов и подхватил с другой стороны, а потом шагнул на меня, буквально внося нас с корзиной внутрь комнаты, и поставил оную на ближайший столик.
— Вот так-то! — удовлетворённо выдал он и ретировался, оставив меня недоумевать.
Первой я открыла грамоту.
«За проявленный профессионализм в эстремальных условиях… Личная благодарность императора… За самоотверженную преданность целительскому делу…»
Возможно, текст был стандартный, но я прослезилась.
А потом потрогала красивую голубую ленточку, напоминающую цветом те, что я обычно вплетала в волосы.
Отнесла корзину к себе в комнату, поставила на кровать, развязала бант и осторожно развернула бумагу.
Внутри оказалось столько сладостей! Конфеты, зефирки, грильяж, маленькие рыжие печеньки, сладкая и солёная соломка, какие-то странные пирамидки, обсыпанные ореховой стружкой… И всё такое ароматное, красиво украшенное, аккуратно разложенное по восхитительным жестяным сундучкам-шкатулочкам. Да одни только они чего стоили! Я бы за такие в детстве с Уной и Кайрой дралась бы насмерть.
Также внутри лежал странный тройной будильник. Оказалось, что это таймер с тремя циферблатами. Можно было выставить его на три разных часа и ничего не забыть.
В отдельной плотной картонной коробке — то ли книги, то ли что-то похожее. Я достала из прикреплённого к ней конвертика маленькую записку, и вместе с ней — восемь билетов в театр на следующую полнолунную неделю, а следом ещё восемь — в цирк. Записка гласила: «Там всё время что-нибудь происходит».
Открыла коробку. В ней лежала стопка самых разных журналов, от уважаемых модных изданий до самого последнего выпуска «Ночного бессонника», на обложке которого красовалась размашистая надпись: «После прочтения — сжечь!».
Я сначала рассмеялась, а потом разрыдалась, громко всхлипывая. На ручке корзинки красовалась лента со здоровенной надписью «В благодарность нобларине Лиоре Боллар от принца Трезана», но было очевидно, что выбирал подарки не он, а Дервин. И когда только успел?