В лаборатории было душно. Июнь в этом году решил, что Владимир — почти юг, а проветривание через форточку с видом на котельную помогало мало. На столе, кроме плат и паяльников, появился ещё и чайник — как элемент технологической цепочки.
Наталья разложила перед собой чистый лист, старый отчёт и ту самую сводку. Алексей сел напротив, ближе к краю стола, чтобы одним глазом видеть «Сферу» на стенде.
— Итак, — сказала Наталья. — Пункт первый. Цифры. «К середине июня 1978 года по плану должно быть введено в эксплуатацию двадцать комплексов, фактически — десять, три находятся в ремонте». Дальше два пути. Либо мы пишем это сухо и вызываем инфаркт у Григория. Либо сразу после цифр идёт абзац, который объясняет, почему это не провал, а временная задержка.
— Временная задержка, — скривился Алексей. — Почти как «временные особенности функционирования».
— Ну а что ты хочешь? — Наталья пожала плечами. — Написать: «Мы не справились, заберите у нас игрушку»?
Он задумался. В его двадцать первом веке это решалось бы презентацией: сначала зелёные стрелочки «рост», потом где-то внизу серым мелким шрифтом — «issues». И графики, и KPI, и прочие слова, которые здесь пока не придумали. А по сути — то же самое: как упаковать правду так, чтобы не вызвать рефлекторного желания всё закрыть.
— Давай так, — сказал он. — Сначала цифры. Потом сразу — что за год брак по платам снижен с сорока до десяти процентов. Что самотесты внедрены, завод сам ловит ошибки «ноль-один» и «двадцать один». Что в школах уже проведены настоящие уроки, а не просто «показ оборудования». И что «Папка учителя» готова и работает.
Наталья кивала, записывая.
— «За период с… по… процент брака по платам центра управления и ОЗУ снижен с сорока до десяти, что подтверждается журналами…» — бормотала она. — «Внедрён режим контроля узлов, позволяющий локализовать неисправность силами монтажников и ОТК на местах…» Это им понравится. Это про экономию.
— И отдельно — про школы, — напомнил Алексей. — Григорий любит «опытную эксплуатацию».
— «Комплексы работают в трёх школах, проведено столько-то уроков, подготовлены методические материалы…» — Наталья уверенно строчила. — Тут можно сослаться на отчёт гороно. И на его же собственное заключение.
Она отложила ручку.
— Теперь неприятное, — вздохнула. — Почему три на ремонте.
— Потому что это честная техника, — сухо сказал Алексей. — Она честно показывает, где слабое место. Память, разъём, сеть. Мы всё это уже знаем.
— В отчёте так не напишешь, — заметила она. — Надо без поэзии.
Они вдвоём прошлись по каждому «больному» экземпляру. Один — с не зажигающимся’Готов’ после сельской грозы. Второй — с жалобой «включается через раз», оказавшейся трещиной в плате после падения со стола. Третий — со сдвигом изображения на ВКУ, возникшим то ли от сырых стен, то ли от самодеятельного электрика.