Улыбнувшись, она упорхнула обратно в свой стерильный кабинет.
Алексей откинулся на спинку стула, глядя на эту сцену. Они сидели, сбившись в кучу вокруг расчищенного пятачка на столе, окружённые мотками проводов, осциллографами и ящиками с отбраковкой. На мгновение ему показалось, что нет никакого министерства, никаких смет. Есть просто живые люди, спасшие друг друга от отчаяния. И он вдруг ясно осознал, что без Любы с ее гениальными решениями по плате, без Наташи с ее оптическими развязками, без этого «женского батальона» проект давно бы рухнул под тяжестью мужского упрямства.
Пока взрослые пили чай, Ира бродила по лаборатории. Её внимание сразу привлёк длинный стол у противоположной стены.
Там стояла машина.
Это был уже не клубок проводов, а законченный образец. Строгий корпус из серого полистирола с клавиатурой. Рядом — дисплей с выпуклым кинескопом.
Машина была включена.
Ира подошла ближе. Ее отражение слабо мелькнуло в выпуклом кинескопе. На сером, идеально стабильном фоне экрана не было ни дикторов, ни балета, ни киногероев. Там была пустота. И только в левом верхнем углу ритмично, как спокойное сердцебиение, вспыхивал и гас светлый прямоугольник.
* * *
Вспыхнул. Погас. Вспыхнул. Погас.
Ира оглянулась на взрослых. Они громко смеялись над очередной шуткой Евгения. На неё никто не смотрел.
Девочка перевела взгляд на клавиатуру. На серых клавишах чётко выделялись черные буквы алфавита. Она заворожённо протянула руку. Указательный палец робко коснулся клавиши с буквой «А». Пластик был гладким, холодным. Ира чуть надавила.
Раздался громкий, отчётливый, почти музыкальный щелчок.
Ира вздрогнула и отдёрнула руку, инстинктивно втянув голову в плечи. В её школьном мире, если ты нажимаешь кнопку на непонятном приборе в кабинете физики, на тебя обязательно кричат. Она замерла, ожидая окрика.
Но вместо крика произошло другое.
На экране, ровно на том месте, где секунду назад мигал курсор, появилась чёткая, ничуть не дрожащая, угловатая буква.
А_
И квадратик перескочил на шаг вправо, продолжая свое спокойное мигание. Он словно говорил: «Я понял. Что дальше?»
Алексей сквозь смех услышал этот щелчок. Он медленно поставил кружку с недопитым чаем на стол. Звякнула керамика о текстолит. Разговор за столом постепенно смолк. Олег, Липатов, Евгений — все повернули головы. Анна обернулась.
Ира стояла у стенда, прижав руки к груди, побледневшая, испуганно глядя на Алексея.
— Я… я случайно, — прошептала она. — Извините. Я ничего не сломала?
Алексей смотрел на неё. Потом перевёл взгляд на экран. На клавиатуру. Потом на скомканную смету, валяющуюся возле кульмана.