— А молоко какое?
— Козье. Кипяченое. Не понимаю, что тебе не нравится?
Я готова была ее убить. И откуда только силы в этих тщедушных ручонках взялись? Подняла ее с кресла, толкнула к дверям.
— Бабы, чего разорались? — раздался рык с лестницы.
— Фрол, твоя жена меня избила! — заголосила нянька.
— Она дала Августу вина! — так же громко крикнула я. — Это же яд для детей! Алкоголь разрушает мозг и печень!
— Чего? — вылупилась на меня тетка. — Какой еще яд?
— Ты пьяных людей видел? — накинулась я на хозяина, совершенно потеряв страх. — Они себя ведут разумно? Они не болеют? У них не бывает разве последствий? А тут ребенок крошечный, много ли ему надо? Хотите убить его? Или дурачком вырастить? Проще подушкой придушить, меньше хлопот!
— Это правда, Марфа? Ты дала моему сыну вина? — хозяин перевел тяжелый взгляд на тетку.
— Ну да. С козьим молоком.
— Лучше, чем материнское молоко, для младенца пищи нет, — снова встряла я. — Недаром в богатых семьях не козьим молоком деток пичкают, а кормилиц нанимают. А с козьего молока заворот кишок может быть. У тебя что, дети запасные есть?
Я блефовала, но словно чуяла: правда на моей стороне.
— И много раз ты так поила моего сына?
— Всегда и поила. А эта дура только теперь заметила. Раньше она не возникала.
— Так, — мужик побагровел, сделавшись еще страшнее, чем был. — Марфа, вон пошла. Чтобы ноги твоей больше не видел. А ты, Улька… Если с моим сыном что-то случится, имей в виду. Я тебя убью и тело в речку сброшу. Скажу, что сама сбежала. Ясно?
— Так а я при чем?
— Ты недосмотрела. Я не мать, у меня сиськи нет. Это ты не справлялась и с работой, и с сыном. Я тебя, дуру, пожалел, няньку нанял. А ты мне сына решила сгубить, признавайся?
Я только захлопала глазами.
Есть такие мужики, которые всегда виноватого найдут. И обычно огребает жена. Ну а кто еще? Чужой человек терпеть подобного отношения не станет, а жена ничего, проглотит и утрется. На работе проблемы? Жена виновата, поддержки мало. Заболел? Жена плохо заботилась. Пьет? Это оттого, что жена все делает не так. Мировой кризис? Все беды от баб проклятых.
Ясное дело, и сейчас виновата жена. Это не он сделал ребенка худенькой юной девочке. Это не он пахал на ней, как на лошади, да еще и поколачивал. Это не он толком, поди, не дал восстановиться после родов, сразу заставив работать. Сколько мальчику? Три месяца? Четыре? И откуда в бедняжке столько сил, чтобы хоть как-то шевелиться? Хотя… не просто же так меня сюда закинуло. Может, прежняя хозяйка тела просто тихо умерла ночью?
Мне стало дурно, ноги подкосились, в глазах потемнело.