Он тяжело вздохнул и снова отвернулся к окну.
— Но так уж получилось, что одна неприятность глобального характера следовала за другой, и поэтому… да, мы стали жить гораздо хуже. У нас есть только то, что мы вырастили или добыли у себя на островах — у нас совсем скудно с сельским хозяйством, с добычей полезных ископаемых. Да, мы живём бедно, но при всём этом король заботится о нас.
— Ну да, — сказал я, не сумев скрыть сарказм. — И в чём же эта забота выражается?
В том, что мы до сих пор живы, — горячо проговорил Агунар. — Король сражается. Пытается сражаться, с чудовищем. С этим неизвестным феноменом, который не позволяет самолётам летать над нашими островами. Он постоянно ставит задачи учёным, военным и так далее. Он делает всё, чтобы справиться с катастрофами, которые на нас обрушились. Когда открылись порталы. Он распорядился выстроить оборону — то есть он не забыл о нас. Он… он всё делает для своих граждан.
Последняя фраза Агунара прозвучала почему-то не столь убедительно, как могла бы. Я покосился на него и увидел, что, возможно, он сейчас убеждает сам себя.
Хорошо, — сказал я, — и откуда ты это узнал?
— Ну как же, — Агунар посмотрел на меня. — Нам постоянно об этом говорят по телевизору. Король старается для нас, делает всё, что от него зависит.
Кажется, моего спутника шокировали некоторые мои вопросы, зато для меня становилось всё более-менее понятно.
— А почему он живёт как затворник-то? — пытался узнать я.
— Ну ты что? — Агунар даже всплеснул руками. — Ему постоянно угрожает опасность, из-за того, что он пытается справиться с постигнувшими нас неприятностями. Это же очевидно. Многие захотят от него избавиться, поэтому ему приходится быть аккуратным и не выходить из своего дворца. Я вообще не думаю, что он сам рад этому событию. Полагаю, что как только всё наладится, он выйдет из дворца, и всё будет так же, как и прежде: нами будет править добрый и мудрый король.
— Ага, — кивнул я. — А ты считаешь, что я помогу вам от этих напастей избавиться, точнее вашему королю?
— Естественно, — кивнул мне Агунар.
— Ну, отлично. — свободной рукой я потер лоб. — Считайте, что морской блокады у вас уже нет.
— Что, правда? — И мы вернулись с ним к тому моменту разговора, с которого и начали, и Агунар, наконец, вспомнил, что я вышел из морской пучины, и, возможно, победителем.
Ну, я решил не ходить по кругу.
— Правда, — ответил я. — Скоро, надеюсь, я решу и другую вашу проблему.
Тем временем перед нами показался высоченный забор, за которым едва-едва угадывалась громадная куполообразная крыша. Причём купол этот был лишь над центральной частью дворца, а остальные его постройки даже не были видны.