Не знаю, что меня вело — шестое или седьмое чувство, мышечная ли память бывшей хозяйки тела (интересно, а с ней что случилось?), но шла я уверенно и точно знала, куда надо идти. В конце концов, я влетела в большую приемную, отделанную темным деревом, слегка запыхавшись. Махнув рукой на вскочившего из-за большого письменного стола секретаря короля, которого точно знаю, что зовут стайн Родерик, и, не снижая темпа, влетела в королевский кабинет.
Влетев, я невольно зажмурилась. Несмотря на темную, массивную мебель (никакого ДСП и ламината, натуральное дерево!), в кабинете было очень светло. Два огромных окна во всю стену давали очень хорошее освещение, и полуденное солнце заливало кабинет. Оно катилось клубком по натертому паркету, путалось в хрустальных, каплевидных подвесках большой люстры, брызгало разноцветными искрами на гранях хрустальной бутылки с чем-то янтарным внутри, стоящей на столе. Попривыкнув к яркому свету, я осторожно огляделась.
За большим письменным столом, с кучками бумаг по разным краям стола, сидел мужчина, около пятидесяти лет примерно возрастом, мужской вариант той личности, что я увидела сегодня в зеркале в этом розовом кошмаре — будуаре.
Неподалеку от стола, в кресле сидела женщина, около сорока лет, совершенно другого типа внешности, нежели король. Худощавая, с немного продолговатым лицом, прямой нос, ровные губы. Карие глаза, темно-каштановые волосы, уложенные в замысловатую прическу. Платье с закрытым декольте, цвета кофе с молоком. У горла приколота явно дорогая брошь, так как при попадании солнца на нее вспыхивали разноцветными огнями камни в ней. Тонкие, бледные кисти рук, унизанные кольцами, немного суетливо двигались, разглаживая невидимые складки на платье, выдавая в ней натуру вспыльчивую и нервическую.
Тело само присело в неглубоком реверансе, затем я выпрямилась и сказала:
-Вы желали видеть меня, Ваше Величество? Я вся в вашей воле!
Наступила пауза, я даже слегка струхнула, вдруг я сделала нечто, из ряда вон выбивающееся. Но король и королева просто молча разглядывали меня, как будто ранее никогда не видели. Затянувшееся молчание прервал король.
-Присаживайся, мы хотели с тобой поговорить.
Я осторожно присела на краешек кресла, благовоспитанно сложив ручки на коленях. Тоже не мой жест. Видимо, работает мышечная память помимо моего собственного сознания. Король, ещё чуть помолчав, продолжил:
-Мы с Ее Величеством решили кое-что рассказать тебе, когда тебе исполнится семнадцать лет. И вот этот день настал.
Короля перебил сухой и спокойный голос королевы: