— Что это? — прищурился Вулич, вглядываясь вдаль.
Я поднес подзорную трубу к глазу и увидел, что на другой стороне речки среди деревьев леса, покрывающего противоположный склон, мелькали фигуры людей, тащивших бревна. И я поделился с Вуличем:
— Они умеют делать не только осадные лестницы. Мне кажется, они строят капониры для своих легких полевых пушек, чтобы потом подтащить их поближе.
— Это… те самые пушки, которые им дали англичане? — прошептал серб.
— И турки, — ответил я. — Но, кажется, несколько их трехфунтовых орудий наша артиллерия подавила.
— Не все, — сказал Вулич. — Похоже, у горцев появилось достаточное количество подобных горных пушек. Если это так, то наши стены долго не продержатся.
— Что ж, значит нам нужно готовиться к вылазке, чтобы не дать черкесам оборудовать позиции для своей артиллерии, — сказал я.
Вскоре в штабном помещении крепости собрались офицеры. Максим Максимович, хмурый и усталый, разложил на столе карту местности.
— Горцы строят батареи, — сказал он, тыкая пальцем в точки напротив наших стен. — Если они подтянут туда пушки, то начнут методично разбивать стены. Нам надо сорвать их планы.
— Значит, все-таки будет вылазка, как предлагают Вулич и Печорин? — спросил поручик Друбницкий, до сих пор бледный после недавнего боя с бунтовщиками, в котором получил удар штыком вскользь по ребрам.
— Именно. — Комендант кивнул. — Но не лобовой удар. Нужна хитрость.
Вулич, стоявший у окна, вдруг повернулся:
— А что, если ударить не по строящимся батареям, а по их лагерю?
Все уставились на него.
— Они ждут, что мы пойдем к реке, где работают их саперы, нанятые из Турции, — продолжил серб. — Но, если мы проберемся через ущелье с востока и ударим по тылам, пока их основные силы у реки?
— Рискованно, — пробормотал Зебург. — Если нас обнаружат раньше времени…
— А если нет? — Вулич усмехнулся. — Если мы стремительным рейдом сожжем их лагерь и перебьем артиллерийскую прислугу, то без пушек новый штурм не состоится!
Максим Максимович задумался, потом резко хлопнул ладонью по столу.
— Решено. Поручик Вулич и прапорщик Печорин, готовьте отряд!
Вылазку назначили на вечернее время. Я возглавил пеший отряд, отобрав из казаков двадцать пять человек охотников, как здесь называли добровольцев. Вулич командовал полусотней всадников, которым предстояло отвлечь неприятеля. Перед выходом я проверил оружие: два заряженных пистолета за поясом. Шашка и кинжал — в ножнах и закреплены так, чтобы не болтались. А ради увеличения собственной огневой мощи, я взял и третий пистолет, расположив его в кобуре на груди.