— Вот чёрт! — выругался гигант. — Рискну предположить, что это Бульдог!
— Какой ещё Бульдог? Собака, что ли? — удивился Шевченко, оглянувшись на наёмника.
— Наёмник. Профессиональный убийца.
— Ясно! — Шевченко выхватил из своей компактной разгрузки последнюю гранату. — Видел я парочку, там наверху! Сбежали, едва призрака увидели.
— Может, не стоит?
Но Шевченко слушать не стал. Быстро выдернув чеку и отправив зелёный кругляш по назначению, подполковник крикнул:
— Вот вам гостинчик!
Рвануло, правда, немного ближе, чем рассчитывал Костолом. Выглянув из-за укрытия, он понял, что граната была использована впустую — лишь осыпалась штукатурка, да вывалился кусок бетонной плиты.
— Гранат больше нет, — выдохнул подполковник. — Мы тут надолго зависнем. Идеи есть?
— Попробовать поговорить. Хотя идея так себе.
— Ну, поговори! — хмыкнул Шевченко, доставая магазин из разгрузки.
— Эй, Бульдог! — заорал Костолом во тьму. — Это ты?
Стрельба с той стороны прекратилась.
— Кто это? — раздался суровый голос. К голосу примешивались нотки едва сдерживаемой боли. Неужели Шевченко всё-таки зацепил Бульдога? Или тот был ранен до их столкновения?
— Первая группа. Костолом! Узнал?
— Не знаю такого.
— Да ладно⁈ Может, поговорим?
Воцарилась напряжённая тишина.
Но опытный подполковник сумел расслышать среди возни и шороха знакомые звуки, которые поразительно напоминали те, которые характерны при заряжании гранатомёта РПГ-7.
— Чёрт! Валим отсюда! — только и успел крикнуть подполковник, когда со стороны тёмного коридора раздался громкий хлопок, а затем оттуда прилетел реактивный снаряд. Прилетел плохо — угодил почти под потолок, в нескольких метрах от людей.
Взрывной волной, вместе с ржавым аппаратом, обоих откинуло на ближайшую стену. И всё было бы не настолько критично, если бы стена неожиданно не проломилась. Костолом не удержавшись, рухнул куда-то вниз. А следом за ним, волоча раненую ногу, в открытый пролом свалился и подполковник.
Из последних сил
Тяжеловес Костолом, свободно пролетев несколько метров по отвесной шахте, уже почти у самого дна умудрился зацепиться локтем о торчавшую из стены арматуру. Пластиковый налокотник оторвало вместе с креплением, а металлический срез содрав кожу, попал в нерв. Наёмник вскрикнул от боли, выронил оружие и, не сумев правильно сгруппироваться, бесформенной массой рухнул прямо в кучу пустых банок из-под краски. Сверху на Костолома свалился раненый подполковник, едва не сломав тому шею.
— Твою мать! — истошно вскричал тот. — Чуть не раздавил!
— Да ладно тебе, не фантазируй, — недовольно прокряхтел Шевченко, пытаясь принять вертикально-сидячее положение. — Ну вот, вроде бы ничего не сломал!