Домой из ресторана её увез Сергей. Сразу после беседы с Колей. Люба сказала гостям, что у неё разболелась голова, и все продолжили праздновать, как ни в чем не бывало. Это только её мир рухнул от шока и неожиданного предательства самых близких, казалось бы, людей…В машине они с Соболевым не говорили. Лишь его дежурный вопрос «ты в порядке» и её молчаливый кивок, потому что сказать что-то и не плакать было выше Любиных сил. Сергей предлагал сразу пойти к нему, но Люба отказалась. Хотела побыть одна. Дома. Набрала пенную ванну и пролежала в ней два часа, бесцельно пялясь в кафельную стену напротив. Истерику постепенно сменила вяжущая пустота, но всё же достигнутое равновесие было слишком хрупким, как дрожащая на сильном ветру паутинка…Когда Коля с Сашей пришли, Люба молча вылезла из ледяной уже воды, надела теплую пижаму и прямо так потопала спать к Соболеву, шоркая смешными пушистыми тапочками по серому граниту парадки. Только около двери Сергея подумала, что ведь не предупредила даже. А вдруг Соболева нет? Но он был, открыл на втором звонке и молча впустил.
И вот она сидела с ногами на низком широком подоконнике в его спальне, притихшая и опустошенная, и просто пыталась пережить. А ещё решить, что делать дальше, тоже пыталась…Она понимала, что это грязная манипуляция со стороны Коли, а ещё наверно месть, за то, что ушла тогда одним днём. Всё понимала, но…
Так страшно было одной остаться. Люба не готова была. Она себя без семьи не мыслила, без детей. Без Сашки. Всю жизнь Вознесенской казалось, что и есть это всё у неё, а теперь будто ничего не осталось. Ничего…Нет, сын давно собирался в мореходку, для Любы именно это его желание не было какой-то неожиданностью. Но она ведь думала, что после одиннадцатого. Что у неё еще два года с ним. И потом…Она ведь не просто так Питер выбрала, думала, здесь и поступит. Они же даже обсуждали…Сашка смеялся, что закормит его на выходных…Чёрт…Она ведь специально выбрала этот город. И для себя, и для него.
А сейчас Сашка уедет и что? Вся её семья: родители, сестра, более дальние родственники. Все они живут в Краснодаре…А здесь? Что у Любы остаётся здесь? Взгляд невольно прикипел к молчаливому мужчине, сидящему напротив? Соболев? А он есть у неё разве? Иногда кажется, что сам он думает, что нет…Снова отвернулась к окну. Тихонько вздохнула, рассматривая расстилающийся перед ней ночной город. А нужен ей этот город одной? Только ей? Ординатуру она может пройти и в Краснодаре…Там родственники, там она всю жизнь прожила…Там, конечно, ещё Коля, но он для неё окончательно умер сегодня. Осталась лишь оболочка. Картонная фигура со званием Сашкиного отца. Настолько умер, что, если раньше она нервничала, находясь с ним даже в одном городе — не то, что в одной комнате, то теперь ей безразлично стало где он и что. Люба вновь покосилась на Соболева и сделала ещё один маленький глоток чая с егермейстером, наблюдая за Сергеем поверх кромки кружки.