Во дворе Минуса дожидался велосипед, прикованный цепью к забору. Получить на него номера и разрешение в управе с помощью связей старого Моисея оказалось проще простого. Хмурый человек из отдела регистрации, как видно был предупрежден заранее. Когда Либа с Минусом явились к нему, то он совершенно молча протянул уже готовые бланки и номера, проговорив напоследок:
— Только не лихачить! Движение по правой стороне и не пугать лошадей!
Минус спокойно кивнул, а Либа очаровательно улыбнулась:
— Как можно! Мы ездим очень аккуратно, правда, Семён⁈
Минус кивнул ещё раз. Если езду Либы можно было назвать аккуратной, то только с большой натяжкой. Едва научившись держать равновесие, ей не терпелось прокатиться буквально всюду. Двора ей стало не хватать сразу и несмотря на совершенно чудовищные блумерсы, она всё же решилась выезжать в город.
Проклятые штанины то и дело попадали в цепь и Минусу пришлось заставить Либу завязывать их плотно на голенях. Поездки проходили сносно, если бы не собаки и лошади. Кони пугались бициклов, особенно завидя два сразу, движущиеся навстречу. Иногда приходилось останавливаться и ожидать, когда животные милостиво соизволят разминуться с железным собратом. Собаки ненавидели двухколёсных и едва в поле зрения появлялись велосипеды, то с лаем бросались на них. На главных улицах собак было немного, но зато лошадей сколько угодно и наоборот. Либа стеснялась разъезжать в брюках и потому чаще приходилось выбирать окольные дороги. За неделю Минус настрелял пару десятков собак, выбирая моменты, когда никто не видит, но меньше их явно не становилось.
С момента нападения на меняльную лавку прошло уже десять дней. Ни Виктор, ни Карась не объявлялись и не подавали никаких вестей. Рана на голове заживала медленно, но прохожие вовсе не обращали на неё внимания и Минус постепенно успокоился. Он избегал полицейских в форме, хоть не разбираясь в ней, попутно обходил стороной и военных. Но от Либы он узнал, что некоторые полицейские могут носить военный мундир, а некоторые и вовсе не носят форму. Поэтому Серёга всё же с опаской поглядывал вокруг.
Сегодня Минус торопился домой, обрадовавшись, что наконец появилась какая-то определенность. Он отвязал велосипед и лавируя среди экипажей, заспешил к Ане. Но к удивлению Серёги, во дворе обнаружилось знакомое чёрно-белое ландо. Минус поднял руку в приветственном жесте, здороваясь со старым Ильясом, неизменным возницей Моисея. Тот молча кивнул и принялся расхаживать около лошадей. Серёга поставил велосипед у самой двери, чтобы никто не угнал его, воспользовавшись моментом, и вошёл внутрь.