— Не знаю, кто это приехал. Я с дедушкой говорила утром, он не ожидал гостей.
Только вступив в дом, Минус заметил печальное лицо Меира и насторожился. Серёга повернулся и увидел Аню, взволнованную и в то же время, серьёзную. Она проигнорировала Минуса, сразу шагнув к Либе навстречу. Анна замялась на мгновение и тут же заговорила негромко:
— Либа, ты только не волнуйся. Моисей Яковлевич… Он умер, — и Аня поспешила вперёд, пытаясь обнять её.
Либино лицо перекосилось от боли, но к удивлению Серёги, она не расплакалась. Либа молча обняла Аню и тихонько произнесла:
— Я хочу его увидеть.
— Пойдём, — неохотно согласилась Анна и повела её наверх. Минус зашагал следом.
Наум Эфраимович приехал очень быстро, но помочь старику было невозможно. Моисей умер у себя в кабинете, сидя за столом. Голова нелепо запрокинулась, рот приоткрылся. Перед стариком на столе лежали аккуратные стопки писем. Сейчас, Минус глядел на тело старика, стараниями доктора и Меира, перенесенное на диван, и грустно размышлял о том, что этот человек, которого он почти не знал, оказался ему намного ближе, чем все родственники, оставшиеся в будущем. Серёга перевёл взгляд на хмурое лицо Наума. Доктор приветственно кивнул, протягивая руку:
— Удар, — коротко произнёс он. — Он умер ещё до того, как я приехал. Не переживайте, — добавил Наум, обращаясь к Либе. — Его смерть была спокойной и безболезненной. Он прожил долгую жизнь и когда-нибудь вы снова встретитесь с ним.
Либа отмахнулась. Она присела рядом с телом и коснулась его ладонями. Минус тихо произнёс:
— Может нам выйти⁈
— Нет, — Либа покачала головой. — Вы не мешаете. Ведь дедушки больше нет. Здесь только его тело. Нужно поехать к маме. Аня, ты поедешь со мной?
— Да, — она неохотно кивнула. — Поедем. Ты хочешь в экипаже?
— Да. А Сеня съездит за Вайгельманом. Дедушка говорил, что у него хранятся документы и завещание. Ты знаешь, где он живёт, Сеня⁈
— Нет, — Серёга покачал головой. — Я про него даже никогда не слышал. А Меир знает?
— Да, — Либа кивнула. — Тогда возьми его с собой.
Шахар Соломонович Вайгельман, оказался маленьким высохшим старичком, с пронзительным взглядом. Услышав о смерти Моисея, он тяжело вздохнул:
— Печально расставаться со старыми друзьями. Мойше был последним. Скоро и мне придётся отправиться за ним.
Старичок открыл сейф и принялся рыться в папках с бумагами. Наконец, он отыскал нужную и набросив потёртый пиджачок, подал знак Серёге:
— Едем, молодой человек. Нужно торопиться, ведь похороны лучше провести сегодня.
«Бенц» обернулся раньше, чем вернулись Аня с Либой. К удивлению Минуса, в доме было полно народу. Члены еврейской общины и всевозможные родственники начали съезжаться. Тело Моисея уже перенесли в зал, где несколько стариков и раввин негромко толковали над ним. Труп накрыли серым полотном, а неподалёку, на столе лежал старенький костюм Моисея, возле которого задумчиво и печально стояли служанки.