— Господин! Это господин Морозов! — увязались какие-то босоногие мальчишки за экипажем. — Приехал! Приехал!
Уголки моих губ от их по-детски наивной радости невольно приподнялись, но потом снова опустились, а на лицо вернулась извечная каменная маска. Слишком уж я к ней привык, чтобы так просто от нее избавиться.
Приехал, но вопрос лишь в том, что изменит мое возвращение? Мало-мальскую стипендию во время обучения я получал. Даже скопил сколько-то сотен рублей, но большая часть денег всё же уходила на покрытие учебных расходов и оплату проживания в пансионате при гимназии. Зато благодаря неприятной славе, бегущей далеко впереди меня, в комнате я проживал один. Никто не хотел делить ее с одержимым демонами студентом. Идиоты.
Центральная площадь, некогда шумная и людная, сейчас пустовала. Лишь одна-единственная бакалейная лавка всё еще работала. Это хорошо.
А пекарь? Мясник? Не знаю.
Когда-то в Январьске работал мастеровитый кузнец, меч у которого заказывал даже мой отец. Плуги, топоры, подковы… Он обеспечивал всем необходимым и жителей деревни, и поместье, но покинул нас в числе первых. Я помню его, но начинаю забывать детали.
— Церквушка давно уже заброшена, — зачем-то снова открыл рот кучер. Никто его об этом не просил. — Видите, господин, окна заколочены?
Вижу. Ну и пускай. Столкновений со священниками мне за годы обучения хватило.
Как представитель дворянского рода, каждое воскресенье я обязан был посещать богослужение в столичном соборе. Та еще пытка, когда каждая уличная собака подозревает тебя в одержимости демонами. Нет, не просто подозревает, а слепо уверена в этом. Косые взгляды святош в мою сторону, настойчивые просьбы исповедаться и омыться святой водой были лишь вершиной айсберга. Будь у них на то право, с тем же рвением провели бы надо мной обряд экзорцизма.
Узкая полоса дороги, соединяющая деревню с поместьем, стала следующим, но не последним испытанием на сегодня. Казалось, у экипажа вот-вот колесо отвалится и оставшийся до дома путь придется проделать на своих двоих.
К счастью, обошлось. Высокие кованые ворота, увитые плющом, распахнули перед нами, и видавший виды экипаж под беспокойное ржание запряженных в него гнедых лошадей заехал на подъездную дорожку.
Копыта застучали по щербатому камню, проезжая цветущий яблоневый сад. Значит, как минимум один садовник в поместье остался. Лишняя трата денег, как по мне, но если сестре так хочется, пусть радуется хотя бы яблоням.
Вот экипаж остановился напротив широкой лестницы, огражденной балюстрадой, и, выглянув в окно, я смиренно вздохнул. Если верность нашему роду сохранила лишь жалкая горстка слуг, что вышла встретить меня, то…