Бум! Бум! Бум!
Тяжелые, рокочущие словно барабанный бой шаги неумолимо приближались прямо к их углу. Чудовище явно взяло след и безошибочно вычислило укрытие Клейна и Леомастера.
«Сдается мне, этот шквал молний наделал слишком много шума и привлек внимание „Темного Святого“!» — мрачно констатировал про себя сыщик.
Прятаться больше не было ни малейшего смысла. Намертво стиснув древко «Скипетра Морского бога», Клейн с разворота вынес хлипкую черную дверцу кладовой, швырнув ее прямо в надвигающегося «Святого»!
Пока деревянные обломки кувыркались в воздухе, юноша наконец-то смог во всех деталях разглядеть врага:
Закованный в черную броню исполин уже успел откинуть забрало. На свет предстало лицо, сплошь изрезанное глубокими морщинами, смоляные пряди волос и тот самый, до жути уродливый застарелый шрам на щеке.
Этот рыцарь был абсолютной, стопроцентной копией самого Леомастера, совпадая с ним до мельчайших черточек!
Единственным отличием были его глаза, в которых полыхало жуткое, темно-багровое пламя.
Анализ сновидения
А!
Клейн вздрогнул. Повинуясь чистым инстинктам, он резко подался в сторону, чтобы ни в коем случае не подставлять спину трясущемуся от ужаса в кладовой Леомастеру.
Теперь сыщик совершенно не был уверен, что от этого облаченного в льняную рясу «узника» не стоит ждать беды!
В этот самый миг в глазах рыцаря, закованного в глухие черные латы и обладающего абсолютно тем же лицом, что и сам Леомастер, ослепительно полыхнул темно-багровый свет. Исполин обеими руками вскинул свой зловещий, неимоверно широкий прямой клинок.
Бум!
Сделав тяжелый, сокрушительный выпад, враг обрушил меч вниз. Скорость удара была настолько немыслимой, что глаза Клейна едва сумели уловить движение.
Стоящий к нему вполоборота юноша на одних рефлексах вскинул «Скипетр Морского бога», заставив все до единого лазурные самоцветы на навершии вспыхнуть ослепительным светом.
У-у-ух!
Прямо из пустоты зародился осязаемый, ревущий ураган. Плотные слои беснующегося ветра окутали Клейна, надежно укрыв его в самом центре, в спасительном эпицентре бури.
С оглушительным треском черная вспышка меча врезалась в преграду. Вихревые барьеры сминались и распадались один за другим, разлетаясь во все стороны шквальными порывами, от которых весь зал заходил ходуном.
Ба-бах!
Под тяжестью зловещего клинка ураган исторг громоподобный, взрывной рев и обратился в сокрушительную ударную волну. Шквал затопил всё пространство вокруг, безжалостно подхватив и взметнув в воздух горы сваленного в помещении хлама.
Столь яростное столкновение ощутимо пошатнуло самые основы мира грез. Рассудок Клейна внезапно затуманился, и он, не удержавшись на ногах, кубарем покатился по полу.