— А стены-то у них для виду, — хмыкнул Спартак. — По такому болоту армией не пройдёшь, увязнешь по уши.
— Будут выпендриваться — без стен оставим, — пробучал Шрам.
Договорить мы не успели. Из ворот частокола повалила вся, судя по всему, городская дружина, и зрелище вышло занятное.
Десятков пять наг, может, чуть больше, с бронзовыми копьями в руках и луками за спиной, выстроились неровной дугой, перекрывая нам дорогу. Не нападают.
Так, кажется, переговоры всё же состоятся…
— Луна, слетай, проследи, чтобы с другой стороны никто не удрал, пока мы тут болтаем… Только не съедай никого.
Девочка моя взмахнула крыльями, поднимая песок, и пролетела прямо над городом и дружиной. Защитники разом пригнулись, провожая её взглядами.
Шрам прищурился, оценивая противника, и сделал главный вывод дня:
— Вождь, а они ж голые совсем. Ни тряпки на них. Половина бойцов — женщины. У них дыньки на виду у всех болтаются. Я словно в баню попал…
— Эх, а я в бане ещё не был… — мечтательно протянул Спартак. — Их уже, наверное, штук десять построили. И там девки парятся без нас… Вождь, а мы скоро домой пойдём?
— Когда юг завоюем и всё побережье в придачу, — строго сказал я.
— А, точно! Совсем забыл, чего мы здесь… — Спартак беззаботно махнул рукой. — Как сиськи увидел, так сразу мозги отшибло.
— Не у тебя одного… — Унаги четырьмя руками разом раздала подзатыльники нескольким хобгоблинам из охраны, что пускали слюни на вражескую нагую дружину, забыв про оружие в собственных руках. — Не те копья вы подняли, воины… Одежда мешает, если большую часть дня проводить в воде. Сосредоточьтесь на их оружии, а не на грудях.
Унаги выглядела напряжённее обычного. Ну, оно неудивительно: при мне это первая её встреча с настоящей роднёй.
— Я должна понимать их речь, повелитель, — прошипела она на гоблинском. — А они мою. С-с-слова должныбыть похожи… — Унаги осеклась, нахмурилась и медленно, старательно выговорила: — Похожи. Позволь мне стать дипломатом в этот раз.
Я кивнул и придержал остальных. Унаги заскользила навстречу дружине, держа все шесть рук на виду и подальше от клинков, чтобы не приняли за угрозу. Наги напряглись, но при виде сородича, пусть и закованного в чужие доспехи, опустили оружие.
Начался непонятный, шипящий разговор змееподобных существ. Унаги говорила, наги отвечали ей разноголосым шипением, и я ловил общую нить лишь по жестам, когда она махала рукой то в мою сторону, то в сторону Луны. Ждать пришлось минут пять, и от скуки я принялся разглядывать местную дружину, прикидывая, кто тут на самом деле командует.