Второй рухнул на колени, бросив оружие.
Я не стал его трогать. Деморализация — тоже сгодится.
Влетев в дом, я взбежал по лестнице на второй этаж. Дверь на чердак была выбита. Внутри, прижавшись к стене, стояли две девушки. А перед ними, раскинув руки, пытался защитить их мой маленький Гвоздик. Его корпус дымился, один из гвоздемётов был оторван. Но он всё ещё держался, отстреливаясь гвоздями от двух Одарённых, которые медленно, но верно теснили его.
Я не стал медлить. Выхватив пистолет, дважды выстрелил. Точно, без промаха. Два тела рухнули на пол.
— Феликс! — старшая, Эльвира, с плачем бросилась мне на шею.
Но младшая, Маргарита, осталась на месте. Она смотрела на меня своими большими, серьёзными глазами. В её взгляде не было ни радости, ни облегчения. Только настороженность.
— Это не наш Феликс, — тихо сказала она.
Я осторожно отстранил Эльвиру и подошёл к ней, присев перед ней на одно колено, чтобы сравнять уровень глаз.
— Ты права, — кивнул я, глядя на младшую. — Я не тот Феликс, которого ты знала. Но другого у вас теперь нет. И если вы хотите отомстить и выжить, придётся пойти со мной.
Я протянул ей ладонь.
— По рукам?
Она посмотрела на мою протянутую ладонь, потом мне в глаза. В её взгляде мелькнуло понимание. Она решительно шагнула вперёд и вложила свою маленькую холодную руку в мою.
— По рукам, — твёрдо сказала она. — Пока я побуду твоим союзником. А дальше — разберёмся.
Я усмехнулся.
— Хороший подход. Мне нравится. Думаю, мы сработаемся.
В этот момент в комнату вбежал Дылда.
— Командир, там мужик снаружи говорит, что не хотел в этом участвовать… Но приказ девчонок завалить по рации пришёл. Срочно, типа. Потому что их дядя сейчас по телеку выступать будет.
Я нахмурился.
— Включите телевизор.
На экране, в экстренном выпуске новостей, транслировали пресс-конференцию. Наш дядя Игорь со скорбным лицом рассказывал душещипательную историю о трагической гибели своего брата и всей его семьи. Слёзы катились по его щекам.
— Я тяжело переживаю эту потерю… Мой брат, его жена… Дети… Феликс, Маргарита, Эльвира… — он всхлипнул, утирая глаза платком.
Рядом с ним, положив руку ему на плечо в знак поддержки, стоял князь Трофимов.
— Это действительно тяжёлая потеря для всего Приморской губернии и для всей Российской Империи, — произнёс он властным голосом. — Род Бездушных понёс невосполнимую утрату. Но он не должен угаснуть! И я, как верный друг и союзник, сделаю всё, чтобы поддержать его. Чтобы укрепить наши связи в это тяжёлое время, я с радостью отдаю свою младшую дочь в жёны новому главе рода Бездушных, моему дорогому другу Игорю!