— Нет, ребята, — тихо пробормотал он себе под нос, глядя на экран, где тело баронета разлеталось на куски. — Это не магия. Это какая-то очень мощная пушка. Интере-е-е-есно…
Возвращаясь от кривой башни, я мысленно подводил итоги. Пробы грунта взяты, конструкция изучена, замеры сделаны.
Да, место паршивое, болотистое, но вполне поправимое.
Обычная практика для таких случаев: сначала засыпать всё камнями, потом песком, откачать воду, повторить несколько раз, добавить немного магии для укрепления — и можно строить дальше. Но для этого нужна рабочая сила. Как минимум двадцать-тридцать дронов-грузчиков, которых у меня пока не было. Потому что для их создания нужны деньги.
Впрочем, с этим дело потихоньку двигалось. Мой маленький бизнес, несмотря на всю свою примитивность, начал приносить первые плоды. Четыре клиента — это, конечно, капля в море, но это только начало. Кроме того, у меня назревала и другая работёнка, которую я не мог больше откладывать.
Я поднялся в квартиру к сёстрам.
— Ну как вам новости?
В сети, как всегда, кипели страсти. После похода сестёр в ресторан и взрыва какого-то аристократа информационное пространство также буквально взорвалось. Теории множились, одна безумнее другой.
Кто-то писал, что Бездушные всегда были чудовищами, просто умело это скрывали. Особо одарённые «аналитики» договорились до того, что уничтожение рода было спецоперацией по ликвидации секты, а выжившие сёстры — это адепты, пытающиеся отомстить. Бред лился из каждого утюга.
— Это отвратительно, — сказала Эльвира. — Они несут такую чушь…
— Нашего отца здесь уважали, — добавила Маргарита. — Он столько сделал для города. А мама… ты бы знал, сколько у неё имперских наград. А теперь…
Я знал, о чём они. Память прежнего владельца этого тела услужливо подкинула нужные факты. Их отец, Эдуард Бездушный, был не просто аристократом-ботаником. Он был настоящим патриотом своего края, который вкладывал огромные средства в развитие города, строил больницы и школы. А мать, Анника, была героем Империи. Она участвовала в десятках военных кампаний, её грудь украшали боевые ордена, а имя было известно даже в столице.
Но всё это оказалось неважно. Толпе нужны были зрелища. И сейчас они с наслаждением топтали память героев.
— Всё это не имеет значения, — прервал я их. — Новости из Уссурийска, как я погляжу, не уходят дальше его окраин. Так что всё это — пустой шум.
Я сел в кресло напротив.
— Хочу вас поздравить. Вы обе справились с испытанием. И сыграно всё было безупречно. Так, как я и хотел. Честно говоря, когда всё вокруг забрызгало мозгами, я думал, вы не выдержите.