— Да ладно…
Кровь стучала в висках, раненая рука горела огнём. Он лихорадочно пытался сообразить, кто на них напал, откуда ждать удара.
В дверь постучали, и, не дожидаясь ответа, внутрь забежал его помощник, бледный как полотно.
— Рифат Маратович! С вами всё в порядке?
— Докладывай! — рявкнул Рифат.
— Северный отряд… они ведут бой… говорят, что противник невидим! Наши падают один за другим! Мы уже больше тридцати человек потеряли!
Рифат на мгновение замер. Тридцать! Да у него всего охраны было чуть больше сотни!
— Держать оборону! — заорал он, пытаясь придать голосу уверенности. — Это просто налёт! Они хотят посеять панику! Этот кипиш точно заметят, и скоро придёт подмога!
Он лгал. И сам это знал. Никакой подмоги не будет, потому что никто не знает, что здесь происходит. Но его люди должны были сражаться.
Вытолкав помощника за дверь, он заперся на кодовый замок. Нужно было что-то делать с рукой. Кровь уже залила весь рукав.
Он подошёл к небольшому сейфу, вмонтированному в стену, набрал код. Внутри, на бархатной подложке, лежал шприц с густой изумрудной жидкостью. Экстракт — квинтэссенция силы той самой травы, которую они выращивали. Лекарство, способное творить чудеса.
Стиснув зубы, он свободной рукой выдернул из раны зазубренный диск, едва не теряя сознание от новой волны боли. Затем вколол себе в плечо содержимое шприца.
Эффект был почти мгновенным. Боль утихла, а рана на глазах начала затягиваться. Рваные края плоти сходились, кости срастались, и уже через минуту на месте жуткого ранения остался лишь тонкий розовый шрам.
— Удивительная вещь, — прошептал Рифат, сжимая и разжимая исцелённую кисть. — Она стоит всех затраченных усилий…
В этот момент дверь в его кабинет снова открылась.
— Я сказал, меня не беспокоить! — рявкнул он, оборачиваясь.
И замер, вспомнив что собственноручно запирал дверь на замок. Тогда какого чёрта она открылась⁈
На пороге стоял молодой человек. Тот, кого он видел на фотографиях в досье. Тот, кого считали мёртвым.
— Бездушный? — удивился Рифат.
В его голове пронеслась дикая мысль: «Это побочка от сыворотки! Какого хера я мертвецов вижу⁈»
Феликс Бездушный не спеша вошёл внутрь, его взгляд скользнул по руке Рифата.
— Я не понял. У тебя же рука была ранена. Почему она… — он на мгновение замолчал, а потом криво усмехнулся. — А, хотя ладно. Это нетрудно исправить.
Не успел Рифат и слова сказать, как из тёмного угла кабинета со свистом вылетел ещё один диск и с той же чудовищной силой вонзился в ту же самую, только что зажившую руку.
— Вот так вот, — кивнул Феликс, глядя на корчащегося от боли Рифата. — Что, неприятно? А я слышал, ты тут любишь за воровство людям руки рубить. Неприятная штука, да? Ещё в лоб стрелять. Но это слишком быстро, с этим мы потом разберёмся.