Рифат отшатнулся к столу.
— Кстати, — продолжил Феликс будничным тоном, — все твои люди, которые были здесь на охране, сейчас мертвы. Бункер, который под землёй…
Глаза Рифата округлились от ужаса. Откуда он знает про бункер⁈
— … ещё не вскрыт. Но это и неважно. Его, скорее всего, больше никогда не откроют. А рабочие… они уже на свободе. Бегут на волю. Многое, наверное, расскажут, если им, конечно, поверят. Но это уже их дела.
Он остановился прямо перед столом.
— Ты знаешь, почему это всё происходит?
Рифат понял — это конец. Но он не собирался сдаваться без боя. Превозмогая боль, он сделал отчаянный рывок. Его целью был неприметный шкафчик в углу — там, за фальшивой панелью, лежал его главный козырь. Артефактный пистолет, стреляющий пулями с экстрактом той самой травы. Одно попадание — и даже самый сильный Одарённый превратится в безвольную куклу.
Он распахнул дверцу, выхватил оружие и, направив его здоровой рукой на Феликса, закричал:
— Сдохни!
Он нажал на спусковой крючок.
Но выстрела не последовало. Вместо этого пистолет в его руке просто… рассыпался. Превратился в горстку металлической пыли и мелких деталей.
Феликс усмехнулся.
— А всё потому, что хозяин вернулся в свои теплицы. А здесь тараканы завелись.
И в этот же миг ещё один диск, вылетев из-за шкафа, вонзился ему в другую, здоровую руку, пригвоздив её к стене.
⁂
Я откинулся в кресле начальника этого… концлагеря и с отстранённым любопытством посмотрел на труп. Тот лежал в неестественной позе у стены, пригвождённый к ней металлическим диском. В коленях торчали два аккуратных строительных гвоздя — прощальный привет от Гвоздика.
Допрос был коротким и, как и ожидалось, чрезвычайно болезненным для допрашиваемого. Не то чтобы мне позарез была нужна его информация — Сириус уже выкачал всё, что можно было с местных серверов, а мои «паучки» обшарили каждый угол. Но я люблю, когда пазл складывается полностью. Этот ублюдок заполнил несколько недостающих фрагментов, ускорив процесс. И, конечно же, получил по заслугам.
Место это, как я и предполагал, было сердцем их теневой империи. Сестры были правы: отец, гений и идеалист, создал здесь нечто невероятное. Он годами работал над тем, чтобы приручить дикие, магически активные травы, ассимилировать их, заставить расти в этой почве. Он буквально вливал в эту землю свою собственную силу — энергию друида. Из сотен саженцев приживался лишь один, но он становился основой для нового, более сильного поколения.
Была у него и своя уникальная технология. С каждой новой пересадкой растение, испытывая стресс, как бы «закупоривало» в себе магию, отрезая себя от внешних источников и концентрируя силу внутри. С каждой такой процедурой оно становилось всё мощнее. Отец был осторожен. Он понимал, что слишком сильное растение может стать ядом, и ограничивался одной-двумя пересадками, стремясь создать универсальное лекарство, которое можно было бы выращивать на каждой имперской грядке.