Дождь
Мы шли под проливным дождем уже третий день.
Старые телеги скрипели и увязали в осенней грязи, кони тяжело хрипели и фыркали, мулы время от времени вовсе отказывались идти, но несколько хлестких ударов погонщиков все же заставляли упрямых тварей передвигать копыта. Рабы, сидевшие по клеткам, изредка тихо переговаривались, но в основном они безжизненно смотрели в одну точку, сбившись в кучу и стараясь согреться. До невольничьих рынков Западных Земель еще далеко, а это значит, половина из них умрет в пути, а вторая будет столь истощена холодом и болезнями, что их продадут за бесценок на самые грязные и тяжелые работы, которые окончательно уничтожат и без того подорванное здоровье двуногой скотины.
Я кутался в старый шерстяной плащ, стараясь не терять тепло, и в очередной раз удивлялся тупости работорговца, вместе с которым я отправился в путь. Жадная и жестокая тварь, этот полуорк Хелтрик, казалось, ставил перед собой цель не доставить товар на рынки Пелофа и Мибензита, а причинить своим пленникам максимум страданий.
Рабов в пути почти не кормили, а если им что-то и перепадало, те помои, что выплескивали на пол клеток охранники, сложно было назвать едой. Так же дела обстояли и с водой, и если в первые дни затяжного дождя рабы почти радовались дармовому питью, падающему на них с небес, то теперь в их усталых взглядах сквозило лишь отчаянье. При этом охрана не упускала случая ударить ножнами по кованым прутьям клеток, если кто-то имел неосторожность взяться за них руками, в попытках сохранить вертикальное положение и не упасть в лужи нечистот. Нередко такие удары заканчивались мерзким хрустом костей и тонкими криками, которые довольно быстро переходили в тяжелые всхлипывания.
Впрочем, это было мне только на руку. Эманации боли, смерти и страданий неплохо подпитывали мои печати, скрытые от посторонних глаз тяжелыми перчатками всадника. Я сохранял бодрость и силы, что было важно в моем путешествии — подходить к собственной башне измотанным и слабым было опасно, могли неправильно сработать защитные контуры и проклятья, приняв меня за чужака.
Границу королевства Брим мы пересекли вчера, а значит цель моего путешествия, город Гирдот, находился всего в нескольких днях пути. Оттуда около сотни лиг на юг, к верховьям реки Гирдхут, и я в родной долине, где находится мое жилище. Осталось всего ничего.
— Эй! Звездочет! — это был один из охранников.
Я уже готовился ко сну, расстилая тонкое одеяло под небольшим навесом из веток и мха. Караван остановился на опушке небольшой хвойного леса, пытаясь найти укрытие от вездесущей осенней мороси.