Стараясь не вслушиваться в глухие крики, что доносились от одной из повозок, в которую Хелтрик потащил свою жертву, я аккуратно уместился на своем лежаке, закрыл глаза и провалился в сон человека с абсолютно чистой совестью. Судьба рабов, да и вообще, людей, меня интересовала слабо. Мое дело — наука и служение Третьей Темной Богине, Премудрой Нильф, все остальное не имеет никакого значения. Знания, единственное, что имеет ценность. Власть, золото и прочие людские страсти я оставил позади много-много лет назад.
Утро началось с криков, ржания лошадей и звуков боя. Хелтрик, это злобное животное, получил удар кинжалом в шею. Женщина, которая это сделала, смогла не только убить полуорка, истязавшего ее до самого рассвета, но при этом еще и открыть несколько клеток с рабами. Они довольно быстро навалились на немногочисленную охрану, и сейчас весь лагерь превратился в поле боя.
Я перевернулся со спины на бок и с небольшим интересом стал наблюдать за тем, как голодная и оборванная толпа бросается на мечи и копья караванщиков. Они проиграют, конечно же проиграют. Слишком слабые, почти безоружные. На полсотни рабов было, хорошо, если пять мечей и столько же палок. Остальные же пытались отвлечь охрану или завладеть лошадьми, чтобы попытаться сбежать. Хелтрик сэкономил на клеймах, ограничившись только ошейниками и деревянными бирками, решил выйти пораньше. Так что у этих людей был шанс сбежать, избавиться от кандалов и начать новую жизнь.
Вот, группа из пяти оборванцев бросилась к моим лошадям, посчитав, что одиноко стоящие животные будут легкой добычей. Поморщившись от того, что мне все же придется вмешаться, я поднялся на ноги преградил рабам путь.
— Не трогайте моих лошадей! — крикнул я мужчинам, чем только привлек их внимание.
В руках одного из рабов мелькнул короткий кинжал, еще один поднял какую-то палку, прикидывая ее вес в руке.
— Пошел к демонам! — крикнул тот, что с кинжалом. — Мы их забираем!
Тц. Тупое быдло, я давал вам шанс.
Вокруг меня было разлито достаточно крови и силы смерти, так что я просто зачерпнул этой тьмы и, даже не прибегая к печатям владыки, бросил сгусток темной магии в лицо тому, что болтал больше остальных.
— Колдун! Колдун! Вали его! — закричал тот, белобрысый, что с палкой.
Еще одно даже до конца не оформленное заклинание, еще один сгусток чистой тьмы, пропитанной болью и смертью, и раб, крича от боли, пытается сорвать собственное лицо. Поздно. Темная сила уже растворила плоть и сейчас вгрызалась в кости, жить ему осталось несколько мгновений.
Я почувствовал прикосновение Нильф.