Удары оказались не такими сильными. Скорее так, для острастки. Дорн в очередной раз пожелал сплюнуть кровь. Лысый любезно приподнял ему маску, и сразу же поплатился за свою беспечность. Служитель мастерски освободился от оков и, плюнув в лицо агента, мгновенно оказался за его спиной.
— Где линейный информатор? — Дорн надавил на шею лысого, заставив того подавиться собственным стоном.
— Я не знаю…
— Не смей врать! — праведник сжал горло сильнее.
— Дальняя комната, в конце коридора, — не выдержал агент.
Погрузив бедолагу в сон, праведник вытер руки и, подхватив стреломет, стал медленно спускаться по ступенькам. В помещение не было никакой охраны. Служащие спокойно, без лишних подозрительных взглядов шныряли от двери к двери. Бумажная волокита уже давно сделала из бывших профессиональных шпионов обычных подводных клерков. Шифровки, донесения, телеграммы. Они трудились по двенадцать часов с десятичасовым перерывом, а работы не уменьшалось и становилось только больше. Червь наземной бюрократии не знал границ и, жаля своим безразличием, превращал любое нехитрое дело в сложную цепочку бесконечных манипуляций.
Кивнув повстречавшемуся на пути сотруднику тайной канцелярии, Дорн без стука зашел в кабинет. Хлопнул дверью и закрыл ее на замок.
— Вы что себе?.. — Маленький щуплый информатор сидел за столиком в окружении нескольких телеграффонов. Трубки покоились на металлических штативах, а между ними распузатилась обычная учетная тетрадь.
Дорн молча навел на беззащитного шпиона стреломет. Тот испуганно поправил широкие очки с толстыми линзами и без лишних уговоров заявил:
— Готов сотрудничать по любым интересующим вас вопросам. Условия очень простые: я сообщаю необходимую вам информацию, а вы, в свою очередь, любезно даруете мне жизнь. Надеюсь, я не обидел вас своим предложением?
— Нисколько, — согласился праведник.
Информатор хотел спросить еще что-то, но в этот самый момент зазвонил телеграффон, затем еще один и еще. Всего за пару секунд кабинет наводнили неприятные трели механических аппаратов.
Дрожащая рука потянулась к трубке, а потом резко отстранилась.
— Вы позволите мне?.. — служащий так и недоговорил свой вопрос.
— Только без глупостей. Примешь сообщение и отключишь связь, — разрешил Дорн.
— Я и не собирался, — коротко кивнул информатор.
Трубка соскользнула со штатива, и из нее послышался звенящий женский голос. Она говорила быстро, даже очень. Служитель едва успевал заносить ее слова на разлинованную страницу. Иногда он останавливал говорившую коротким звуком, который издавали его губы, вроде тррррррппп, задавал один или два наводящих вопроса, потом следовало короткое «угу», и перо вгрызалось в бумажную поверхность. Вскоре разговор был окончен. Информатор положил трубку и задумчиво уставился в донесение осведомителя. Остальные телеграффоны продолжали трезвонить, но он их будто не слышал.