От таких шуточек аж гневно стало. И потому поднялся, готовясь уже налево и направо пламя метать, но все способности будто корова языком слизнула. Этот почерк я сразу узнал, а уж когда вокруг себя увидел исполинские корни Ясеня, к которому некогда шёл, то всё окончательно на свои места встало.
Значит я всеми правдами и неправдами всё таки дополз до этого места. Вот только либо я уменьшился, либо Ясень подрос и теперь мне предстоял подъём на головокружительную высоту. Ведь именно там, высоко-высоко, продолжала петь злосчастная флейта. И ничего мне больше не оставалось, как подойти вплотную к корню, присмотреть на коре выступ, подпрыгнуть и медленно подтянуться. А потом ещё раз. И снова.
И снова, и снова, и снова, пять, шесть, десять раз, пока от этого упражнения не начали руки отваливаться и спина гудеть. Край корня наверху словно и не стал ближе и потому с опаской вниз глянув, чтоб посмотреть, сколь много удалось проползти, я с удивлением увидел совсем рядом землю. Руки разжал и совершенно спокойно встал на тот участок почвы, с которого и начал.
Сперва ладонями встряхнул, нагрузку с них снимая и ничего не понимая… а потом как понял.
— Ах-ха-ха! Вот значит как⁈ Хорошая шутка, кто бы ты ни был! — крикнул весело в сторону высоченной кроны и говорок флейты оттуда прозвучал взаимным весельем. — Что очередной урок? Ну ладно.
Собравшись с мыслями, я огляделся и пришёл к выводу, что корнями я прям окружён. Полянка, на которой я стою, размером с небольшое поле, но дальше только корни-корни-корни и ничего кроме корней. Ни дыры сквозь них нет, ни пролаза и просто так я отсюда точно не выберусь.
Вновь разбежавшись и запрыгнув на выступ коры, я пополз, при этом внимательно глядя вниз. И всё та же странная магия меня удерживала на месте, опуская кору под моими руками. Кора будто утекала под землю и чем быстрее я полз, тем скорее она смещалась. С обратным ходом дела обстояли точно также. Стоило начать ползти вниз, кора начала перемещаться вверх и тоже самое происходило при движении влево и вправо.
— Да чтоб тебя! — в сердцах сплюнул, плюхаясь на землю, так и не сдвинувшись вверх ни на сантиметр. — Вот жеж красен ты ясень! Ты что, не можешь мне помочь наверх забраться?
Вопрос в воздухе застыл и в нём же я ответ нашёл. Ну точно же! Почему я всегда об этом забываю?
Подойдя вплотную к дереву, я руки раскинул и к его коре всем телом прижался. Ведь оказавшись тут, я даже не поздоровался с этим деревом, не рассказал о себе, а сразу в упрямом человеческом порыве на него решил взобраться. Понятное дело, что он меня каждый раз осаживал, ведь кто я такой, по сравнению с его величием.