Кристина ударила всей магий, что у нее была в грудь Сиятельной… отправляя кинжал той в сердце.
Но там была Евангелина.
Магия рванулась. Потоки хлынули из груди Чарльза, в кинжал в теле Сиятельной. Та упала колени, ее глаза были круглыми от осознания поражения.
— Ты заплатила за все что сделала по правилам фейри, — бросил я ей, прежде чем Сиятельная упала замертво на землю.
Чарльз тоже подох.
Кристина всё лила и лила магию, не останавливаясь, держа руки навесу. Я рванулся к ней, разрывая её поток, чтобы она не выжгла себя изнутри. Поддержал её своей силой, удержал, не давая упасть.
— Тш-ш… он у меня, — прошептал я.
Я передал сына Кристине. Анна и Гарольд уже были рядом с ней. Я сделал переход к поверженной королеве, чтобы выдрать клинок из груди Сиятельной. Магия из кинжала Чарльза продолжала течь в грудь Сиятельной. Запустился магический процесс, но какой именно не было времени разбираться.
И стоило только вырвать кинжал из груди Сиятельной, как магия, что убила бывшую королеву ударила во вне. Ударная волна магии фейри была такой силы, что все василиски взвыли — и начали дохнуть один за другим.
Драконы замерли, не вмешиваясь. Они смотрели. Они понимали.
— Чарльз мёртв, — выдохнул кто-то.
Сиятельная Тьма тоже. Вместе с ней умерли и старые законы фейри.
Анна и Гарольд обнимали Кристину, помогая удержать ребёнка.
— Евангелина… она… — мама плакала.
— Она помогла нам отвлечь Сиятельную, — сказал я и поцеловал Кристину в висок, передавая ей остатки своей магии, проверяя нашу малышку.
Я едва держался на ногах. Столько силы ушло на прерывание ритуала, что мир плыл перед глазами.
Но внутри кипела злость. Сиятельная помогала мне с сыном лишь затем, чтобы использовать его тело для души своего ребёнка.
Но вдруг Сиятельная открыла глаза. Я сделал переход, держа кинжал, который убивал фейри, и крикнул:
— Отец! Она жива!
Швырнул клинок Гарольду — сам не мог. Меня всё ещё держала клятва, данная Сиятельной. Отец оказался рядом. Занес кинжал и…
— Гарольд… — прошипела она. — Так и знала, что ты тайно мечтаешь от меня избавиться. Анна! Разводись с ним! Он хочет убить твою мать!
Повисла тишина.
Память предков начала возвращаться. Арвану пришлось покинуть пределы империи — слишком многое всплыло, слишком очевидным стало то, о чём знали его отец и отец его отца. Злодеяния их рода больше невозможно было скрывать. Народ взбунтовался. Империя оказалась на грани гражданской войны.
Но Совет выступил вовремя. Было принято решение — на престол взойдёт дальний родственник, не запятнанный кровью и сделками с тварями. Компромисс, который позволил удержать империю от окончательного распада.