— Надеюсь, ему схватит совести хотя бы в этом себя достойно повести.
— Сказал, что оставит квартиру нам.
— У него же белая зарплата? Как думаешь, не станет…
— Не станет. Хотя кто его знает, — вздохнула я. — Это сейчас он на словах весь такой благородный. Я ещё вчера думала, что знаю его вдоль и поперёк.
— Да уж, удивил. Если эта стерва начнёт на него влиять… Какая она вообще?
— Красивая, — хмыкнула я. — Блондинка. Грудь, как у молодой Памелы Андерсон.
— Чего ж они все так на эти сиськи-то ведутся?
Алёна взглянула на свой первый размер. С короткой стрижкой она выглядела, как подросток. Так она считала. А на мой вкус, она была настоящей феей. Лёгкая, какая-то воздушная. Только сделана из стали.
Если бы не она, мне бы пришлось гораздо тяжелее в том году. Когда я пропадала у Жени в больнице, она выручала меня с Соней.
Иногда приносила нам готовую еду, когда я с ног валилась. Была моей жилеткой. Вот и сейчас выручала, как могла.
— Что-то всё-таки случается с мужиками в сорок, — задумчиво произнесла я. — Резко хочется почувствовать себя молодыми. Как будто там жизнь, а со мной — доживание.
— Не со всеми так, Юль. Вот у меня тётя с дядей душа в душу всю жизнь. Уж чего только не пережили. И кризисов несколько, и бизнес рушился, и ребёнка старшего чуть не потеряли. А всё вместе.
— Ну, значит, мне не повезло.
— Следующий лучше будет!
Алёна так уверенно это сказала, что я рассмеялась. Лучше. Казалось, нет для меня никого лучше. Я вышла за него в двадцать один, думала, это навсегда.
Я представила рядом другого мужчину. Это был даже не образ, просто тень. Всё с нуля, с каким-то чужим человеком… От одной этой мысли нехорошо стало.
Но и погребать себя заживо — не вариант. Мне тридцать шесть, я ещё молодая совсем.
Придётся это пережить. Несправедливо, больно, жестоко. Но оно уже случилось. Нужно подняться и идти дальше.
— Ты будешь не одна, — Алёна взяла меня за руку, как будто мысли прочитала. — Я рядом.
И она была. И когда я подала на развод, и когда Соня наотрез отказалась общаться с отцом. И когда я официально стала свободной.
А через три месяца, когда казалось, что рана начала затягиваться, Женя неожиданно вернулся в нашу жизнь.
Глава 6
Три месяца спустя
Девяносто дней. Столько понадобилось времени, чтобы боль из острой стала просто ноющим воспоминанием. До конца она не прошла, но я научилась с ней жить.
Научилась засыпать и просыпаться одна, готовить ровно одну порцию кофе, не ждать мужа с работы. Привыкла, что его в нашей жизни почти не стало.
Развод прошёл тихо, Женя подписал всё, что нужно, оставил квартиру нам и теперь исправно выплачивает алименты. Не соврал.