Вопреки предсказаниям Алёны, он не сбежал от Лизы в первую неделю, и в первый месяц тоже. Они живут вместе, и, кажется, его всё устраивает. Кроме одного.
Соня отказалась с ним общаться. Для неё случившееся стало катастрофой. Я видела, как ей больно, она всегда была папиной дочкой. Он пытался до неё достучаться, только бесполезно. Пришлось на время взять паузу.
И вот три месяца спустя, он, похоже, решил вернуться. Не к нам, конечно, просто в её жизнь.
Услышав звонок в дверь в пятницу вечером, я почему-то сразу догадалась, что это он. Шестое чувство, наверное.
— Привет, прости, что без предупреждения, — он стоял на пороге, и даже не желая того, приходилось признать, был всё так же хорош собой.
— Привет, — я в первую секунду слегка опешила.
Он давно к нам не заходил, вроде как, договорились, что пока не будет тревожить.
— Можно?
Я кивнула и отошла в сторону, научилась уже реагировать на него спокойно, хотя бы внешне. Конечно, на самом деле это было не так. Даже его звонки продолжали меня триггерить, при личной встрече было ещё сложнее.
Я обвела взглядом его подтянутую фигуру, заметила, конечно, и новую стрижку, и новый парфюм. Он и правда как будто слегка помолодел, Лиза, видимо, на него так благотворно влияет. Не то, что я.
— Что ты хотел?
— Мы можем поговорить? О Соне, о том, как будем решать вопрос.
«Решать вопрос». Женя взглянул на дверь в комнату дочери, оттуда доносилась музыка.
— Хорошо, — вздохнула я и прошла на кухню.
Он разделся и присоединился ко мне.
— Пахнет аппетитно.
— Пятница, — пожала я плечами.
— Твой фирменный пирог с мясом?
— Ага, прощай, диета.
— Тебе не нужна диета, — уверенно заявил он.
Я встала напротив, не собираясь вестись на его комплименты. Женя обвёл взглядом кухню, почти с тоской взглянул на духовку, но я была не настолько великодушна, чтобы ещё и приглашать его к столу. Пусть Лизу озадачит, если она готовить не умеет.
— Так чего ты хотел?
Он остался стоять в дверях.
— Юль, три месяца прошло, я скучаю по дочери.
— И?
— Мне кажется, это достаточный срок, чтобы остыть.
— Выходит, не достаточный, раз она до сих пор тебя видеть не хочет.
— Ну, это ведь не только от меня зависит.
— То есть?
— Ты как мать могла бы и помочь…
— Правда? — внутри всколыхнулось возмущение. — И как ты это себе представляешь? Я должна объяснить дочери, что изменять — это нормально? Или что? Сказать ей, что мне не было больно, а значит, и ей не должно?
— Не горячись, ладно? Она ребенок, а ты взрослая женщина, и ты могла бы объяснить ей…
— Объяснить что? Что папа предпочел молодую любовницу? Думаю, она это и без меня прекрасно понимает.