Чтобы более не отвлекать вас, господа, от предпоходных забот, сейчас попрошу каждого из начальников отрядов и командиров кораблей получить под подпись у капитана 2-го ранга Свенторжецкого секретные пакеты, где вы найдете подробности операции и стоящей конкретно перед вами задачи.
Понимаю, что многие хотят дать весточку в город, родным… Не сочтите меня злодеем, друзья мои, но… Запрещаю. Категорически! И это не обсуждается. Слишком высокой может быть цена одного случайно оброненного слова. Да вы и сами на приказе контрразведки расписывались. На этом все. До выхода осталось четыре часа, прошу всех вернуться к своим обязанностям. По готовности доложить. Транспорты сразу ставьте в две колонны, чтоб были готовы к буксировке миноносцев, как и крейсера первого отряда. Пойдем в походном ордере № 3 с Грамматчиковым впереди.
Кстати, квитанцию с Корсакова получили? Ждут, если что? Замечательно. Как у них с погодой? Два-три балла в проливе? Готовьтесь, поболтает. Бедняги армейские… Но ничего. Злее будут!.. Ну, как наш Степан Осипович говорит: с Богом, в добрый час!
Командиры кораблей и отрядов, деловито переговариваясь, покидали кают-компанию «Орла». Когда двинувшиеся было к выходу вместе со всеми капитан 2-го ранга Плотто и на днях произведенный в контр-адмиралы Егорьев уже подходили к дверям, их неожиданно настигла обращенная персонально к ним реплика командующего.
— Евгений Романович, Александр Владимирович! А вас я попрошу остаться… — усмехнувшись чему-то своему, с ехидцей протянул Руднев.
Из книги вице-адмирала РИФ А. В. фон Плотто «Торпедой — пли!»
Издательство «Наутикус», СПб, Берлин, 1917 г.
Сразу по завершении испытаний «Тарантула», головного торпедного катера типа «Крылов — Луцкий», или кратко «КЛ», встал вопрос о легендировании доставки серийных катеров на театр военных действий. Поскольку местом назначения был избран Владивосток, а способом доставки — железнодорожный, наши контрразведчики не считали возможным утаить сам факт их перевозки. Поэтому оставалось только одно — постараться представить для вражеских соглядатаев дело таким образом, чтобы японцы были уверены в ином предназначении и возможностях этих катеров, нежели было на самом деле.
После довольно жарких споров приняли в итоге идею подполковника контрразведки Батюшина. Сам он уроженец Астрахани, потому не понаслышке знал о недостатке у нас на Каспии быстроходных больших катеров для борьбы с контрабандой и незаконным рыбным ловом в период путины.
В итоге для соблюдения полной конспирации я и все мои подчиненные были переведены в морской штат пограничной стражи. Перед нами была поставлена задача прибыть на Дальний Восток с вместе с тремя десятками катеров «КЛ» для организации береговой таможенной охраны и контроля над нашими прибрежными рыбными угодьями. Теперь «КЛ» официально расшифровывалось как «катер ледоходный».