— А наказание хлыстами? — я уже почти задыхалась от злости.
— Он действовал строго по указам. Хотя, — Ивир помедлил, — все‑таки несколько раз их нарушил.
— Ну вот видишь! — почти торжествующе воскликнула я.
— Наставник сознался, что пожалел тебя дважды, — продолжил Ивир. — Первый раз когда вместо трех хлыстов выдал один. Второй, когда сделал вид, что забыл о твоей… разговорчивости. В тот день, когда меня наказали.
Я ошарашенно переводила взгляд с Ивира на наставника. Пожалел? Меня?
— Мы решили его за это не наказывать, — ровно добавил Ивир. — Все‑таки проявил сочувствие. И он даже нашел тебе настоящего жениха, Декрика.
Я замерла. Воздух словно стал вязким. Ах, вот оно что. Значит, это было сочувствие: попытаться пристроить меня замуж за извращенца.
В груди вспыхнуло сразу все: гнев, ошеломление, холодное возмущение.
— И он теперь будет вести нашу церемонию? — спросила я, чувствуя, как внутри поднимается раздражение.
Ивир тяжело вздохнул.
— Даша… я же тебя много раз спрашивал: ты точно хочешь заключить союз здесь? И ты каждый раз отвечала: да.
— Но я же не знала, что это будет тот же самый наставник! — вспыхнула я. — Я думала, он уже давно на рудниках.
— Ты не была на его суде? — догадался Ивир.
Я опустила глаза.
— Подумала, что дело уже решено… и не захотела тратить свое время.
В голове все равно не укладывалось, как наставник смог избежать наказания.
— И больше ничего на него не нашлось? — все еще не верила я.
Какая нелепость! Если ты королевский служащий и действуешь по указам, какими бы безумными они не были, то по итогу ты чист. Куда смотрит справедливость? Где‑то она явно промахнулась.
— Ну… — сказал Ивир, — вино после церемоний он допивал, но оно было оплачено гостями. Это не преступление.
Я медленно выдохнула.
После всего произошедшего именно этот человек будет вести мою четвертую, последнюю церемонию. Да что же это такое творится?!
— Но ты же король, — настаивала я. — Придумай что‑нибудь.
— Даже король подчиняется своим собственным указам, — пожал плечами Ивир. — Я не могу наказать человека без оснований.
— Вижу, аэсса Даша ни капельки не изменилась… — вмешался в разговор наставник.
Он еще и издевается! Щеки обожгло, пальцы сами сжались в кулаки.
— Что вы имеете в виду?! Говорливая? Полоумная? — я почти выплюнула слова, вспомнив все прозвища, которыми он когда‑то так охотно разбрасывался.
Наставник на миг смутился, затем растянул губы в примирительной улыбке и мягко протянул:
— Ну что вы, аэсса Даша… Всего лишь прямолинейная, — уточнил он так, будто делал мне комплимент.
Мы замерли в неловком молчании: я, Ивир, наставник и охранник у дверей. Я лихорадочно соображала.