— Выходит, да… — выдохнула я ему в губы.
Руки на моей талии сжались плотным кольцом, губы накрыли мои в коротком, но таком страстном поцелуе, что у меня закружилась голова.
— Не пожалеешь? — тихо спросил он.
— А ты не заставляй меня этого делать, — счастливо улыбнулась я, обвивая его шею руками.
— Ни за что! — серьезно сказал он. — Выходи за меня замуж. По‑настоящему.
По телу прокатилась горячая волна. Кровь ударила в виски, зашумела в ушах, обожгла щеки изнутри.
— Выйду, — прошептала я, прижимаясь щекой к его груди.
Находясь в объятиях Ивира, я ощущала себя живой. В жизни, где я сама выбираю свой путь.
— Подъезжаем! — сказал Ивир, мой жених, и кивнул в окно кареты.
Сердце растаяло от его теплого голоса. Полгода. Целых полгода с того момента, как я осталась в Камилоне, и за все это время я ни разу, ни на миг, не пожалела о своем решении.
Я подалась вперед и выглянула в окно.
Посреди чистого зеленого поля, залитого мягким светом полного Тазира, от которого все вокруг казалось нереально мистическим, стояло знакомое до боли строение: Дом счастливых союзов. Место, где все началось. Где моя жизнь однажды разбилась и начала собираться заново.
Место почти не изменилось. Все тот же длинный высокий бревенчатый забор, четыре сторожевые вышки по углам. Металлические крыши ловили фиолетовые лучи Тазира и отливали сиреневым, будто кто‑то рассыпал по ним пыль звезд.
— Ты уверена, что хочешь провести церемонию именно здесь? —уже в который раз спросил Ивир.
Я повернулась к нему и кивнула, даже не раздумывая. Истории нужно закрывать там, где они начались.
Он усмехнулся и покачал головой жестом человека, который уже понял, что спорить бесполезно, но которому это нравится.
— Не перестаю тебе удивляться, — произнес он.
Я улыбнулась и опустила взгляд на документ в своих руках. Новая удостоверительная грамота.
Серая книжечка, меньше земного паспорта. Плотные страницы, шершавые на ощупь. На первом листе напечатано мое черно‑белое фото, словно нарисованное карандашом. Один в один как раньше. Только теперь настоящее, без подделок.
Я благополучно прошла процедуру натурализации. Имя оставила прежнее: Даша Кузнецова. Так всем привычнее.
Ивир накрыл мою руку своей. Я сжала его пальцы в ответ. Так тепло и надежно.
— Готова? — тихо спросил он.
— Больше, чем когда‑либо, — ответила я.
Карета остановилась и дверь мягко скрипнула, открываясь. Ивир спустился первым и протянул мне руку.
Я уверенно сошла по двум ступенькам, придерживая подол. Для церемонии я выбрала местный наряд: длинное хлопковое платье ярко‑голубого цвета и простые синие туфельки‑балетки. Сегодня мне не нужны излишества в виде пышного платья и норковых ресниц. Я и без них чувствовала себя самой красивой женщиной в мире. Это знание я черпала из взгляда Ивира каждый день.