Он говорил уверенно, ровно, но пальцы слегка дрогнули, когда он поправил мне локон. Я уловила этот жест, и заставила себя его не анализировать. Нервничает Рамир. Женится же в первый раз. Как это мило!
Я взглянула на «Удостоверительную грамоту» в своих руках. Серая книжечка размером меньше паспорта с серыми же плотными страницами. На первом листе мое черно-белое фото, словно нарисованное карандашом. Я даже потерла картинку, но изображение сохранилось. Рядом написано имя. Буквы незнакомые, точно не русские, но понятные. Что за чудеса?!
По коже прошел легкий озноб, страницы словно дышали чужим воздухом, тяжелым и нереальным. Будто они принадлежали миру, где мне вовсе не стоило бы оказываться.
— Здесь написано имя: Даша Кузнецова. А я — Дарья Ивановна Кузнецова. Разве можно без отчества? — уточнила я.
— Ну, конечно. Нам все можно. А в ЗАГС мы заявление подали точно по закону, — уверил Рамир.
— И номер странный: ДК001.
— Видимо, ты первая с такими инициалами, — объяснил жених.
— А у тебя какой? — спросила я.
— РД312.
— Ого! Покажи свой документ, — попросила я.
— Плохая примета. Только после свадьбы, — отказался он.
Я нахмурилась. Неприятное ощущение под ложечкой сжалось в тугой узел. Что за суеверия вдруг? Рамир никогда таким не был.
— Даша, ты просто переволновалась. Дай-ка я тебя обниму.
Он пересел ко мне рядом и нежно погладил по спине. Пальцы скользили медленно и уверенно, словно убаюкивали. И все равно под кожей не уходило тонкое дрожание, будто в воздухе натянули невидимую струну.
— Ну вот, так-то спокойнее. Дыши свободно, котик, — подбодрил Рамир.
— А все же паспорт? — упорствовала я.
— Ну кто же с паспортом бегал в те времена?! — Рамир рассмеялся. — Не волнуйся ты. Для богатых свои законы. Свидетельство о браке нам сразу после церемонии выдадут. Так что и свадьба настоящая, и представитель ЗАГСа, и брачующиеся пары. А остальные присутствующие — обычные актеры, нанятые для полной достоверности. Наша любовь сегодня должна пройти настоящее испытание и выдержать его. Что бы ни случилось, помни об этом.
Он сказал это слишком торжественно, будто произносил чужую выученную реплику. Я ловила в его глазах хоть намек на прежнюю легкость, но в них плескалось лишь скрытое напряжение.
Я открыла фиолетовый бархатный футляр, лежащий рядом со мной на сиденье. Внутри на голубом шелке сияло мое обручальное кольцо из белого золота с огромным бриллиантом. По краю кольца выгравирована волна, по обе стороны которой переливаются маленькие розовые камушки. Роскошь, которая казалась инородной среди бревенчатых стен и тишины, давящей на виски.