Заррар следует с нами несколько часов. Когда до Саморрии остается не больше трехсот
километров, он прощается и возвращается обратно: дальше ему двигаться опасно. Арсах на время
убирает с кареты защитный купол: нам нужно выглядеть как жертвам долгого побега, а не как
двум дорогим гостям салларов, – и за минуту мою кожу стягивает жара, а мелкая сухая пыль
забивается в рот. Вот теперь отлично.
– Давай повторим еще раз, – говорю я Арсаху, – на нас напали. Саллары увидели школьную
карету и решили использовать студентов для шантажа, чтобы потребовать у императорского двора
каких-то благ. Ночью нам удалось бежать. Ты оглушил саллара, мы пробрались к нашей карете,
запрыгнули в нее и дали деру. Оглушенный саллар преследовал нас несколько десятков
километров, но отстал, поняв, что это небезопасно для него самого… Вроде складно, да?
Арсах кивает. Смотрит при этом вперед, и я вижу, как играют желваки на его скулах.
– Прости, – каюсь я, – но саллары – это самое логичное, что приходит в голову, когда речь
идет об этих местах.
– Все в порядке, – отвечает он, – за время проживания в Академии я привык к тому, что для
ардонцев саллары – это синоним варваров или бандитов.
Поджимаю губы. Затем нерешительно произношу:
– Если бы у нас была возможность рассказать людям правду…
– Императорский двор этого не допустит. Он ссылает на задворки страны всех, кто пытается
донести до ардонцев истину.
– Но ведь можно попробовать как-то иначе!
– Леенна… Моя цель – спасти сестру и остальных. Если ты сделаешь для нас эти… поливайки и
научишь нас их делать, этого будет более, чем достаточно.
– Хорошо.
Я устремляю взгляд вперед. Пусть тебе этого и достаточно, Арсах, но мне – нет! Я сделаю
все, чтобы Ардония узнала правду!
PS. Немного с опозданием, но вот вам приблизительный визуал саллара. Глазки-то, глазки!
Вах, огонь!
На подъезде к Саморрии нас замечает патруль. Мысленно я радуюсь тому, что Заррар покинул
нас час назад, но внешне изображаю тревогу:
– Помогите! Пожалуйста, помогите! За нами гонятся саллары!
Конные всадники несутся к нам. Арсах притормаживает нашего коня. Незаметно бью его локтем,
чтобы изобразил страх или хотя бы волнение – но на его каменном лице ничего не меняется. Что
ж, придется играть за двоих.
– Дерр Леенна!