– Понял, – взялся за свой телефон Эд и требовательно указал взглядом на мою сумку. – Продиктуй мне, пожалуйста, номер кого-нибудь из «ребят», и я все сам разузнаю и организую.
Скорость принятия решения слегка обескуражила, но в целом деловой подход меня приятно порадовал. Еще пару секунд я раздумывала, чей номер телефона дать, Грига или Петра, но в итоге выбор пал в пользу второго. Григ для меня все-таки был собирательным образом оболтуса, а Петр наверняка знал подробности организуемого пикника. Я с удовольствием дала бы и номер Анжелы, не рискуя лишний раз сводить Эдмунда с кем-то из мужчин, но, увы, у меня в телефоне были сохранены всего два номера.
– Записывай. Его зовут Петр Маслов, он опер.
– Телепат, – со знанием дела кивнул Эд, забивая номер в телефон. И с едва уловимой язвительностью добавил: – И твой добровольный шофер…
– Сегодня утром был последний раз, – спокойно улыбнулась я, в очередной раз подлавливая Эдмунда на ревности, но сейчас – хотя бы сдержанной. – Петр был моим куратором, и именно благодаря ему я узнала большую часть того, что положено знать всем тем, кто не совсем человек. Сотрудники управления вообще очень интересные и дружелюбные ребята. Думаю, тебе они тоже понравятся.
– Посмотрим, – не стал с ходу соглашаться Эдмунд, предпочитая переключиться на принесенный обед. – Мм! Вкусно. Надо будет сказать Хлое, чтобы на днях приготовила что-нибудь подобное.
Обед прошел тепло и непринужденно. После решения самого щекотливого вопроса с завтрашним пикником я расслабилась, с удовольствием съела все принесенное и даже не стала мешать Эдмунду расплатиться за обед, когда Оверъяр завладел книжечкой со счетом, а в мою сторону предупреждающе выставил палец.
Все-таки приятно, когда мужчина, заявляющий на тебя свои права, даже в мелочах ведет себя как мужчина.
В офис возвращались все так же пешком и абсолютно не торопясь. Потеплело еще больше, так что я даже сняла пиджак, который у меня моментально изъял Эдмунд, на душе было светло и безмятежно, а в мыслях в кои-то веки царило умиротворение. Рядом идущий лорд все так же волновал меня своей близостью, ароматом парфюма и теплыми пальцами, не отпускающими мои, но вновь что-то неуловимо изменилось. Словно Оверъяр стал менее сексуальным, сменив вчерашнее давление агрессивной чувственностью на деликатную мягкую осаду заботой. Это мне нравилось намного больше.
– Я заеду за тобой вечером, – безапелляционно заявили мне на ступенях офиса, и даже тогда я не стала спорить. Эдмунд же, явно обрадовавшись моей покладистости, сразу пошел в новое наступление: – Поужинаем вместе?