– Не знаю… – после сытного обеда и не без участия солнышка меня вновь начало клонить в сон, и я была не уверена, смогу ли продержаться до вечера.
Кажется, мой вид был чересчур говорящим, как и с трудом подавленный зевок, так что Эд понятливо усмехнулся и не стал настаивать.
– Хорошо, тогда решим по ходу дела.
На прощанье мне вновь поцеловали руку, вызвав новый виток смущения и полный темной зависти взгляд Ольги, которая выбрала именно этот момент, чтобы выйти из офиса на обед. Даже не знала, что можно убить одним завистливым взглядом, но Ольга старалась. Вот только Эд, наверняка тоже заметивший это, лишь чуть посторонился, чтобы освободить ступени, и резковато добавил:
– Проходите, женщина, не мешайте.
Это был шах и мат. Услышать от мужчины не «девушка», а «женщина», да еще и сказанное таким пренебрежительным тоном, для Ольги было сравнимо с величайшим унижением всех времен и народов. Непризнанная красотка высокомерно фыркнула, одарила меня очередным убийственным взглядом и, громко цокая шпильками и виляя бедрами, продефилировала мимо нас.
Ну вот… Война практически объявлена.
– А вы не со всеми галантны, господин Оверъяр, – задумчиво попеняла я лорду, когда Ольга удалилась.
– Не привык церемониться с девами без морали, да еще и с такой гнилой душой, – пренебрежительно хмыкнул Эд, даже не повернув головы в сторону ушедшей. – И весьма огорчен тем фактом, что тебе приходится с ней работать. Не сочти за наглость, но я бы предложил тебе покинуть сие место раз и навсегда.
– Я обязательно рассмотрю твое предложение с максимальной тщательностью, – не уступая лорду в велеречивости, усмехнулась я, избегая ненужного спора, и торопливо поцеловала его в щеку, прежде чем поспешить на рабочее место. – Жду в семь!
А внутри меня уже ждала Света, успешно изображающая кипучую деятельность. Но не настолько успешно, чтобы я ей поверила. Мне даже немного стыдно стало, когда она третий раз за десять минут громко уронила ручку на пол.
Через сорок минут я не выдержала ее молчаливого осуждения, оторвала взгляд от монитора и перевела его на поджимающую губы серую мышку.
– Ладно, спрашивай.
– А как же Петр? – начала с главного Светланка.
– Мы с ним друзья и никогда не были парой, – вздохнула я, прекрасно понимая, как неправдоподобно это звучит. – У меня были небольшие проблемы, и ребята просто помогали мне с ними справиться, заодно отвлекая от гнетущих мыслей. Петр действительно опер и очень грамотный специалист, но прежде всего он очень хороший друг.
– Я так понимаю, проблемы решены? – задала очень проницательный вопрос Света и, не дожидаясь ответа, перевела задумчивый взгляд на корзину с цветами, которые и не думали увядать. – От него?