Отступать некуда.
— Господин Монстери, вы просили зайти к вам? – я распахнула дверь и сделала пару шагов. – Что-то хотели?
От пристальных взглядов стало не по себе. Эветта едва заметно ухмылялась, а ее отец сидел рядом и безмятежно улыбался.
Монстери нигде не было видно. Взгляд скользнул по широкому письменному столу, заваленному бумагами, по высоким шкафам с книгами, по тяжелым шторам с золотистыми шнурами…
— Хотел, Лана, — низкий голос прозвучал совсем рядом, и ладони предательски взмокли. – Повтори-ка при мне, что ты сказала Эветте сегодня?
Наверное, я смотрелась смешно. В руках сухой веник, карман топорщится от толстой свечи…
На диване с гладкой шелковистой обивкой удобно расположились Эветта с отцом, и их вежливые улыбки казались мне издевательскими.
И как так вышло, что меня собираются распекать, словно я маленькая девочка? Видимо, здесь это в порядке вещей. Не зря же дворецкий предлагал помолчать перед знатными гостями.
Если бы этот мир был моим, то, скорее всего, я бы так и поступила. Но у меня не было такого навыка – опускать глаза в пол и терпеливо выслушивать чьи-то гадости.
— А что, Эветта что-то не поняла с первого раза? – поинтересовалась я, не глядя на Монстери. – Есть у меня рецепт отвара, он очень полезен для памяти. Нужна охапка конского каштана, немного сахара, дрожжей и две столовые ложки сухого пустырника. Чудесное средство, люди после него чуть ли не прошлые жизни вспоминают!
Раз уж мой разум решил нарываться на неприятности, то тело автоматически сжалось, стараясь стать поменьше. Расплачиваться за необдуманные слова придется ему, так что…
Руки взмокли, и сухие ветки впились в подушечки пальцев.
Эветта побледнела и хватала воздух ртом, глядя на меня с возмущением. Ее отец возмущенно округлил глаза и уставился мне за спину.
Присутствие Монстери ощутилось всей кожей. Стоял за мной настолько близко, что от тепла его тела стало жарко.
— Ты слышал, папа? – остро выдохнула Эветта. – Это… возмутительно! Киллиан, почему меня оскорбляет в твоем доме какая-то целительница?
Ну хотя бы уже не мошенница. А вот молчание Монстери начинало напрягать и меня. Надеюсь, он там за моей спиной не петлю на веревке завязывает.
Не выдержав неизвестности, я резко обернулась.
— Так, значит? – ехидно произнес Монстери, наклонив голову к плечу. – Отвар для памяти?
От его тяжелого и жгучего взгляда по коже прошел мороз. Кажется, совсем скоро в список безвременно почивших лекарей добавится и мое имя.
— Господин Монстери, я не понимаю, зачем вы меня позвали, — произнесла я чуть рвано. – Только для того, чтобы я что-то повторила Эветте?