— А какой сейчас год, Тимофей?
— Одна тыща девятьсот восемьсят девятый от Христова рождества, — ответил Тима и почему-то снял шапку, явив миру сальные волосы.
Во дела! Я присел. Я — попаданец в прошлое. 1989-й год, Москва. А я — бомж. Вот-вот рухнет Советский Союз, вообще полная задница наступит. А я — бездомный бродяга. К такому Ютуб меня не готовил. В голове начал перебирать разные варианты. Я ведь — медбрат, а медики всегда нужны. Надо только отмыться, побриться, раздобыть чистые вещи…
— Отошёл от машины! — раздался крик. — Отошёл, а то я тебе голову снесу!
Я встал и обернулся на источник шума. Из-за забора частного дома торчала голова. Обычная голова — такой не напугаешь. Чего не скажешь об оружии… Ствол винтовки был поднят вверх. Я поднял руки, показывая, что у меня нет плохих намерений.
— Прошу прощения! — крикнул в ответ. — Я просто рядом стою.
— Я видел, как ты «просто» Гришке поджопника отвесил! — сказала голова и начала двигаться в мою сторону. Ствол начал принимать горизонтальное положение. — И как твой дружбан его палкой угрожал ткнуть! Я — дворянин! Дворянин! А вынужден соседствовать вот с такими отбросами! Вынужден жить в таких скотских условиях!
Я сделал несколько шагов назад, пригнулся — и побежал. К счастью, в спину никто не стрелял. Я бежал и бежал, бежал и бежал. Пока, наконец, не вспотел и не выбился из сил. Сел на травку, подальше от машин и домов, чтобы никто опять не наговорил мне гадостей. Выдохнул. Прошло больше минуты, и примчался Тимофей.
— Сёмка, твою налево! — сказал он. — Мы ж тормозуху пили, а не соляру! Откуда такая прыть?
Я уставился на Тимофея, чувствуя, как реальность накрывает волной. Желудок скрутило спазмом — не столько от голода, сколько от осознания. 1989 год. Без документов. Без жилья. С единственным «другом», вооруженным копьём. Хорош старт для попаданца.
Отчаянно хотелось курить. Хотя эта привычка мне вообще не знакома. Тимофей протянул руку и помог подняться.
— На свалку погнали! — сказал он. — Уже восемь утра. Опять Толик ругаться будет.
— Толик? — спросил я.
— Да, наш бригадир.
В каком-то тупом забытье я поплёлся вслед за Тимофеем. Одна надежда, что я попал в относительно недалёкое прошлое. А если нет?
Свалка
— Мы что, на поезде поедем? — спросил я.
Мы подошли к какой-то огромной железнодорожной станции. Вагоны, тягачи, цистерны. А ещё — никому до нас не было дела. Никто даже внимания не обращал на двух бродяг.
— Ага, — ответил Тимофей своим хриплым голосом и смело полез на вагон. — Быстрее, этот через пять минут отходит.