— Могу вам засвидетельствовать, что именно так и произошло, — подтвердил Ползунов.
— Ну так поведайте мне, что же такое произошло, что теперь надо машину вашу именовать не огнём действующей?
Ползунов на мгновение задумался, подбирая слова:
— Вот ведь можно же заметить, что от наименования в большей мере и наше представление о предмете составляется, верно ведь?
— Хм… Пожалуй, что есть в этом резоны, — кивнул Бэр, откинувшись на спинку кресла.
— Вот из того и происходит здравое рассуждение, что если мы именуем машину огнём действующей, то и народ тем самым в страх вводим, да и саму сущность механизма точно не обозначаем. Ведь именно от парового напряжения поршневые цилиндры перемещаются, а огонь только готовит эту силу к действию. Потому и назначил я в проекте новом машину эту именовать паровой.
Бэр помолчал, затем с уважением посмотрел на собеседника:
— Хм… А ведь и верно, Иван Иванович. Так, пожалуй, и надо машину вашу обозначать.
— Благодарю вас, Фёдор Ларионович, за такое понимание моей мысли.
— А что же это вы, сомнения что ли о моих умственных способностях имели? — с лёгкой усмешкой приподнял бровь генерал-майор.
— Да совершенно нет, — спокойно и твёрдо ответил Ползунов. — В этом вопросе мне никакого сомнения о вашем разумении не имелось. А рассуждение своё я вам изложил по причине производственной необходимости.
— В каком смысле производственной?
— Так для того, чтобы и вам мои резоны знать при необходимости. Ведь возможно для рапорта это надо будет, а если отчёт давать в Кабинет Её Величества, так уж и совершенно точно такое толкование необходимо.
— Хм… Ну что ж… Пожалуй, что и на это у меня возражений не возникает. Для верного отчёта и правда рассуждение надо иметь о предмете верное… А что же мужики заводские у вас, неужто они страхи испытывают от машины этой?
— Да здесь дело такое, что так вот прямо-то и не испытывают вроде, — с лёгкой иронией ответил Ползунов. — Только вот если их бабы пугаются, да особенно, если про огонь речь заводится, то у них ведь одно на уме сразу — печи какие-то адовы, ну или из того же что-то, из выдуманного да потому и пугающего.
— Так о том их и забота, чтобы души спасение не упустить, или вы об этом не подумали?
— Отчего же, на мой взгляд, о добром расположении полезном для внутреннего состояния человека в первую голову надо помнить, — улыбнулся Иван Иванович. — Да вот если такое про огни преисподние придумывается на механическую машину, что руками человеческими собрана, да умом наблюдательным придумана, то это уже, по здравому рассуждению, не о добром расположении человека, а о затемнении ума речь-то должна идти.