— Да уж больно цель крупная получается — пушка, семь человек расчета, ящики зарядные…
— Будем учиться скрытно выдвигаться на позиции, маскировать орудия, поражать первым выстрелом.
Наверху помолчали, а потом незнакомый голос продолжил:
— Вы как хотите, а я думаю, что нам господа германцы старье спихнули. Ну сами посудите, куда с этим калибром против современных танков? Тем более, как говорят у Советов есть монстры, которых и трехдюймовки не берут!
— Я так думаю, Михаил Борисович, что с пушками всяко лучше, чем без них.
— Ну, вы артиллерист, вам так думать положено. Но посмотрите, в расчеты набирают самую лучшую молодежь, самых крепких и сильных!
— Для старших возрастов нагрузка слишком велика.
— Это понятно, но мне кажется, что более эффективно дать тем же юнкерам пулеметы.
— Я так думаю, дали чем богаты.
— Вот-вот. Спихнули старье, а в отчеты, как обычно, напишут «создано четыре артиллерийские батареи».
— Ну, штабные, Михаил Борисович, во всем мире одинаковы.
Наверху невесело посмеялись, мимо пролетели и плюхнулись в воду два окурка, простучали каблуки по палубе и все стихло.
Значит, по батарее на полк… Сколько там выгружали? Дюжину? То есь, три или четыре орудия на полк, надо бы при случае сообщить нашим.
«Королева» тем временем неспешно двигалась вверх по Саве, до одури похожей на Оку где-нибудь под Муромом — равнинная река, с множеством островков и стариц, извивов и поворотов, заметно удлиняющих путь. Пароход шел по бакенам и створным знакам на берегах, река то разливалась на полкилометра, то сжималась вдвое, а мы так и сидели внизу, разве что в гальюн выскакивали, предварительно осмотревшись.
А над нами время от времени курили господа офицеры и Юрий Венедиктович, как более опытный, просвещал новичка Михаила Борисовича относительно реалий Русской Охранной Группы, как официально именовалось соединение.
— С местными отношения как?
— Прекрасные, просто прекрасные!
— Однако, как это удалось?
— И очень просто, — наверху возникла короткая пауза, наверное, на одну затяжку. — Каждому взводу выдают деньги на питание, юнкера выбирают повара и артельщика, тот закупает продукты, вот и весь секрет.
— Погодите… а, вы платите за продукты?
— Ну да. Партизаны отбирают, сербская стража отбирает, мы платим, население довольно. Черт, потухла, — раздосадованно закончил спич Юрий Венедиктович.
Даже сквозь плеск волн я услышал возню, скрип колесика зажигалки, а секундой позже потянуло тонким запашком бензина.
— Черт, еще и кремень искрошился…
— Вот, возьмите мою. А что насчет соседей с того берега?