— Нейтралитет, — наконец произнёс Владимир, его голос был твёрд, но в нём чувствовалась усталость, — Я не стану поддерживать тех, кто идёт против вас, ярл. Но и вы не тронете мой род. Ни сейчас, ни после моей смерти. Дайте мне слово, что Шуйские не станут вашей целью, и я дам вам время укрепиться в Пограничье.
Я медленно кивнул, но мои глаза оставались насторожёнными. Я понимал, что Владимир предлагает перемирие, но не доверяет мне полностью. Равно, как и я ему. Старик слишком хитер, чтобы не держать в рукаве козырь — возможно, тех самых убийц, которых он готов подослать, если почувствует угрозу.
— Я даю слово, князь. Шуйские не станут моей целью, пока они не поднимут оружие против меня. Но если ваши дети решат проверить мою решимость, я не буду сдерживаться. Это честная сделка?
Владимир Игоревич посмотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом.
— Честная, — кивнул Владимир, поднимая бокал, — За компромиссы, ярл.
Я поднял свой бокал, чокнувшись с князем. Наши взгляды встретились, и в этом молчаливом тосте было больше, чем слова. Мы оба понимали, что это лишь отсрочка. Шуйские и я — слишком разные, чтобы мир между нами был вечным. Но пока старый князь жив, он сдержит слово. А что будет после его смерти… это уже другая игра.
Владимир поднялся, опираясь на трость, и кивнул Анастасии, которая всё это время молчала, но её присутствие ощущалось как тень за моей спиной.
— Патрикия Анастасия, ваша красота озаряет этот мрачный день. Но, боюсь, я уже утомил ярла своим обществом. Пора возвращаться.
Я проводил князя до ворот, чувствуя, как напряжение медленно спадает. Вернувшись в дом, поймал на себе утомленный взгляд Анастасии:
— Спасибо, — я тепло улыбнулся девушке. Своим присутствием, умением держаться, талантливой игрой она подарила мне мир с сильным родом. Да, непродолжительный. Но сейчас любая отсрочка в войне пойдет на пользу.
— Не за что. Это было и в моих интересах, — вымучено улыбнулась она.
— Ложись спать. Утром увезу тебя к Олегу. У Наследника они тебя не достанут.
— Я с тобой, — вскинулась она.
Я покачал головой:
— Нет. Я не сомневаюсь в тебе. Евпаторы воины — она вспыхнула, взгляд потемнел, но поняв, что я не шучу и не иронизирую тут же отмякла, — Но тебе не нужно видеть, что там будет происходить.
На лице девушки появилось злое упрямство, которое тут же сменилось пониманием, ужасом и торжествующим злорадством. Сейчас она не играла. Такую смену эмоций не сыграть.
— Найди их и убей! — прошипела она, и ее красивое лицо исказилось яростью, — Пусть они умрут, как умирал старик. Нет. Пусть они умирают долго.