Старый вояка – капитан дальнего плавания, он помог Алине оформить наследство отца и свалил на Байкал. Не смог мириться с ее выбором – об этом я тоже знаю…
Откуда только отцу это известно, ума не приложу? Я не помню Вайнера… Он никогда не появлялся в нашем доме, не звонил отцу, не мешался под ногами, когда ему выпадали выгодные контракты…
Его смерть – тайна… Но моя семья каким-то образом причастна к ней…
– Давид Русланович, хотите, я вам бахилы дам? – суетится Николай Яковлевич, непрерывно поправляя волосы. – У нас тут пыльненько.
В воздухе витают запахи раскаленной пластмассы, пыли и ржавчины. Бодро шумит оборудование в примыкающем к большому холлу, цехе.
– Давид Русланович, – пытается перекричать гул Алина. – Вы точно хотите увидеть цех?
– Да, Алина Михайловна. Мне нужно оценить объем вложений в оборудование. Ну и… Мне интересно, как перерабатывают пластик.
Алина поправляет волосы, а я ощущаю легкий аромат ее духов и шампуня. Внутри что-то свербит… Она не заслуживает такого…
Старается как может, используя единственный ресурс, имеющийся у нее в избытке – сердечность…
Цех вполне современный. Думаю, Егор сократил остальные намеренно. Он производит впечатление недалекого, поверхностного хлыща, способного лишь тратить… Ему тупо не хочется брать ответственность…
– Окна Алина Михайловна поменяла, – хвалится Николай Яковлевич. – Два новых станка купила. Идемте, тут у нас потише. Только ничего не трогайте.
Алина отвлекается на вошедших в помещение рабочих в синих, форменных костюмах. Обнимает каждого из них по очереди, справляется о здоровье какого-то Тимофеевича.
– Хорошо, Петр, я съезжу к нему.
– Он совсем плохой, Алинка. Надо бы проведать, пока старик концы не отдал. Ты сегодня выходная? – косится он на меня.
– Вроде как да… Но Давид Русланович очень занят.
– Я… Я не занят. Алина Михайловна, я в вашем распоряжении весь день, – подхожу к ней ближе. – Нужно куда-то съездить?
Она мнется. Облизывает губы, вздыхает… Сомневается, можно ли мне доверить столько великую тайну? Или, просто, не хочет грузить своими проблемами. Или ее другое волнует? А, точно! Что скажут люди?
– Не хочу грузить вас и…
– Да ей надо помочь, как вас там… Извините, товарищ новый хозяин цеха. Тимофеевич – наш старый директор. Он двадцать пять лет работал тут. Алька еще под стол ходила, когда они с Мишей, царствие ему небесное, поднимали экономику округа.
– Я помогу. Нет, не так. Я непременно хочу поехать с вами к Тимофеевичу. Мы все посмотрели?
– Ну так… Я хотел побалакать насчет инвестиций, мы с парнями бизнес-план накатали. Егору Игоревичу показали, он отмахнулся, сказал, что хочет продать завод и… Эх, – взмахивает Николай Яковлевич руками.