— Не начинай новую игру, Элиана, — произнёс он негромко. — Не с ними.
Имя ударило странно. Не потому, что было чужим, — она уже слышала его много раз за день. А потому, что в устах Каэля оно прозвучало как приговор, вынесенный давно и не подлежащий пересмотру.
Она хотела сказать, что это не игра. Хотела сказать, что сама не понимает, кто она теперь и почему оказалась в этой жизни. Хотела сказать, что дети не должны расплачиваться за чужие обиды взрослых. Но каждое слово могло прозвучать фальшиво. А фальшь рядом с Каэлем, кажется, была опаснее молчания.
— Я не прошу верить мне, — сказала она наконец. — Пока что не прошу ничего.
Его взгляд скользнул по её лицу, задержался на губах, будто он ожидал продолжения, оправдания или привычной колкости.
Она не дала ни того, ни другого.
— Марта, — сказал Каэль, не отводя от Элианы глаз.
— Ваша светлость.
— Проверь детей.
Марта поклонилась и прошла к двери восточного крыла. Постучала особым тихим стуком: два раза, пауза, ещё один. За дверью долго не отвечали. Потом створка открылась совсем чуть-чуть, и Марта исчезла внутри.
Элиана осталась в коридоре с Каэлем, Ниссой и невысказанной виной, которая была не её и всё равно давила на плечи.
— Ты вернула их стулья в столовую, — сказал он.
Это не было вопросом.
— Да.
— Зачем?
— Потому что они не должны стоять у стены.
— Ты решила это сегодня?
— Сегодня я это увидела.
Каэль хмурился едва заметно, но она уловила: его раздражало не само действие, а то, что он не понимал, куда оно ведёт. Прежняя Элиана, видимо, не делала ничего просто так. Если она переставляла стулья, значит, где-то должен был быть расчёт. Если писала записку — тем более.
— Стулья не вернут доверие, — сказал он.
— Я знаю.
— Записка тоже.
— Знаю.
— Тогда чего ты добиваешься?
Элиана устало посмотрела на него. День был слишком длинным для женщины, которая утром проснулась в чужом теле, узнала, что замужем за драконом, ненавидима слугами, пугает детей и теперь должна отвечать перед мужчиной, в чьих глазах уже проиграла все суды.
— Сейчас? — спросила она. — Не ухудшить то, что уже испорчено.
Каэль не ответил.
Дверь восточного крыла открылась. Марта вышла тихо и сразу прикрыла её за собой.
— Юные господа в старой игровой, ваша светлость, — сказала она. — Испуганы, но спокойны. Господин Риан просит не наказывать Ниссу. Он решил, что это она позволила им выйти.
Нисса зажмурилась.
Элиана быстро повернулась к ней.
— Ниссу не за что наказывать.
Каэль посмотрел на жену.
— Это решаю я.
Она встретила его взгляд и впервые за весь разговор ощутила внутри не страх, а твёрдость.