Хоть ночи стояли и белые, а все же внутри-то было темновато – рыжая зажгла лучины – хорошо занялись, горели ярко, без чада почти.
Гость одобрительно покивал:
– Из топляка лучинки-то?
– Из топляка. Айна посейчас яишню с салом спроворит. Капусточки выставлю – покушаете, а там и банька поспеет. Ой! Может быть, водки хотите?
– А есть?
– Осталось еще… Только…
– Ну, полштофа тащи! Заплачу, сколь скажешь, хозяюшка.
Что-то с братцами-разбойниками было нечисто, да все эти отроци выглядели как нельзя более подозрительно: одни, без пригляду опытных взрослых… Да и вели себя на постоялом дворе, как хозяева. Братья такого бы ни за что не допустили! Ежели так – худо дело! Некому, выходит, хозяйское приказание исполнить… ужо самому придется. Придется, придется… Иначе Алферий Петрович последнюю шкуру спустит, с него станется, пес тот еще! Спросит с пристрастием – а кой же черт мое приказание не выполнено? Братцы-разбойники подевались куда-то? А ты, сукин кот Ерофей, на что? Так и будет все, так и будет, об том у приказчика сомнений никаких не было. Да-а-а… придется-таки самому, придется. Теперь думать надо, как все половчее обставить: как господина полковника с жонкой его уложить, да самому не попасться. Можно, конечно, и тут, в корчме, задержаться – мол, устал, так денек отдохну. Можно даже всех отроцев да отроковиц на тот свет отправить, чтоб не мешали – уж это-то запросто… вот только потом – что? Обозников все равно всех не перебить, а они ведь его запомнят. И что будет, когда на посаде встретят… Потащат на воеводский двор, а там отдадут палачам – никакой Самсонов не поможет, не вытащит!
Так что лучше зря на постоялом дворе не маячить… лучше стрелою достать, издали, слава богу, уж места-то эти Ерофей неплохо знал… Ага – стрелой! А где же взять-то, как тугой лук справить – времени-то нету совсем! Да и после – по лесам-то бежать, так и поймать могут. Не мальчик уже – бегать, чай, пятый десяток пошел.
Спускаясь вниз, в баню, гость хмурился – ну никак не мог придумать – что делать, как быть? И так выходило нехорошо, и этак – худо. Этот еще… балабол – рот не закрывается…
И впрямь, сопровождавший приказчика белоголовый отрок – звали его, кажется, Кузякою – болтал охотно и много, и пока спускались, и в бане уже. Болтал по-пустому – про охоту, про рыбалку рассказывал, про грибы…
– Вона, тут, господине, шаечик, а вон – веник. Еще водицы принесть?
– Да, пожалуй, хватит, – раздеваясь, Ерофей задумчиво махнул рукой, все ж таки не хотелось такого болтуна отпускать раньше времени – может, что и путное выболтает? – Веником-то помашешь, паря? Полполушки дам.