Монстр, поджав лапы, лежал на камнях, а огонь тем временем бодро начал распространяться по паутине, сжигая её без остатка и освещая убегающий вдаль извилистый проход в пещере.
— Так… Сообщения об опыте мне не приходили, так что я думаю, что эта тварь жива. Можете попробовать её застрелить, — передал я очередь хода.
Сосед, так и передвигающийся с пистолетом в напряжённо сжатой руке, навёл его на цель и произвел выстрел. Пуля девятимиллиметрового калибра проделала аккуратное отверстие в брюшке паука, он слегка дёрнулся, но остался лежать на камнях.
— Пока тоже ничего нет, никаких сообщений, — бодро отрапортовал начавший отходить полковник.
— Ну тогда ещё парочку выстрелов.
Раздавшиеся следом три выстрела оглушительным звуком разнеслись по пещере. Первая пуля, снова попавшая в брюшко, так же не произвела особого эффекта, просто заставив сочиться дырку белесой жидкостью. Вторая и третья попали в головогрудь, заставив существо встрепенуться и судорожно разжать лапы.
— Пока не попал ему в голову, сообщения об опыте не приходили. Видимо, брюхо у него не такое важное для выживания, — сделал вывод дядя Валера. — Получил двенадцать единиц опыта.
— И мне дали два очка, видимо, за огонь и нанесённый ему урон.
Я подошел ближе и осмотрел дохлую тварь. Мое пламя не только опалило его, но и сожгло ему все глаза, и видимо, из-за этого он и не оказывал сопротивления, впав в ожоговый шок.
— Максим. Это было чертовски неожиданно, — внезапно заявил дядя Валера. — Я про твой огонь из рук. Я тоже смогу потом так делать?
— Не знаю, если честно. У всех свои способности, у вас, может, будет что-то совсем другое. Еще восемь таких тварей завалим, получите первый уровень, изучите инвентарь и через двенадцать часов узнаете, что вам досталось.
Минуту мы шли молча, а затем полицейский добавил:
— А вообще, хорошо, что пауки боятся огня, иначе даже не знаю, как бы мы здесь двигались. У меня, если честно, до сих пор мурашки по коже бегают от вида этой мерзости, а из-за этих мурашек я думаю, что мелкие пауки бегают по мне.
Меня аж передёрнуло от его слов, но я постарался выбросить их из головы. Не хватало еще арахнофобию получить.
Залп огня избавил нас от одной проблемы, уничтожив всю паутину, которая перестала лезть в лицо. И очередной встреченный паук сидел на камнях, поджав под себя две сломанные лапы, торчащие под углом. Видимо, огонь застал его врасплох, и он, свалившись вниз, получил травму. Но для нас это были хорошие новости, облегчающие прохождение.
Я приглашающе кивнул соседу, и он, поняв намек, поднял пистолет и прицелился в угрожающе поднявшего лапы паука. Пуля пролетела мимо и рикошетом улетела дальше в пещеру. Воспринявшее нас как угрозу членистоногое, поджав сломанные лапы, неловко поползло навстречу. Я бросил взгляд на ходящий ходуном пистолет в руках у полицейского, готовый в любую секунду подстраховать его, но он справился с мандражом и, выстрелив еще три раза, наконец попал в голову пауку, уложив его наповал.