Хотя, с учетом вмешательства железного маркграфа, это далеко не факт.
— Его Высочество проиграл мне пари, поэтому вынужден поддержать прошение лучших людей Степного Стража. Но никто не мешает ему выставить это как-то иначе.
— Узнаю Ронга! Тот еще змей — везде ищет выгоду, — хохотнул принц Сандор.
А первый принц у нас известный альтруист? Все вы одинаковые. Красивые призывы, но одна и та же жадность, и кровь одна, — подумал я, но вслух сказал совершенно иное.
— Не люблю, когда меня пытаются столь нагло использовать.
— Привыкай, почти маркграф Вельк, — благожелательно улыбнулся первый принц.
Мои слова он услышал, но явно не понял. Мое «не люблю», это упрек не только третьему принцу, но и первому. Да и не только ему.
— Постоянство — это хорошо, — подтвердил Сандор Олн, понюхав сигару. — Многим фольхам крайне не хватает этого качества. Значит, это не попытка Ронга заполучить лишний голос в фольхстаге?
— Почему же? — совершенно искренне удивился я. — Очень даже попытка. Но этот возможный голос принадлежит мне и только мне. А присоединяться к югу или северу я не намерен. Да и, откровенно говоря, кому я там нужен? Безродный выскочка среди высшей знати империи… меня будут в лучшем случае терпеть, да и то только из-за этого голоса.
— Значит, планируешь присоединиться к маркграфам, — вынес вердикт принц. — В общем-то, правильно, — согласно кивнул он.
С учетом того, что в прошлый раз именно первому принцу почти удалось продавить большинство «пограничников», чтобы те поддержали именно его кандидатуру, то его покладистость неудивительна.
Южным домам фольхов всегда удавалось как-то лучше наладить связи с маркграфами. Возможно всему виной банальная география. Южная марка считай примыкает к южному герцогству Эзгель. Да и Речная марка не так далеко.
В целом пограничье старается держаться особняком и выступать единым фронтом, но два голоса из пяти явно благоволят фракции первого принца.
— Но не голосом единым важна Вольная марка… — намекающие протянул Сандор Олн.
Вот и начинается торг. Ожидаемо. Странно, что третий принц не захотел ничего взамен на свою поддержку. Может слишком благороден, чтобы слово нарушать, а может это просто игра в благородство.
— До избрания нового императора я не планирую вмешиваться в дела императорской семьи и фольхов в Вольной марке, но потребую законный процент маркграфа со всех доходов и владений.
— Это правильное, справедливое решение, — согласился первый принц. — Но мне нужно будет что-то предъявить моим южанам в качестве отступного. Предположим, пять процентов положенного налога вместо восьми. Срок тот же — до выборов нового императора, а там посмотрим.