И мы действовали как надо. Всё сделали, и операция прошла успешно. Однако в этой суете, в этой бешеной гонке, в нечеловеческом темпе, мы как-то про «Центр-то» и подзабыли… — я подзабыл. Просто как-то не до этого было — засаду делали, немцев ликвидировали, за окружающей обстановкой следил, дроны гонял туда-сюда, снаряды и мины таскал, разгружал, перезаряжал аккумуляторы, я давал команды и следил за подчинёнными — дел было много, дел было невпроворот — дел было выше «крыши», а потому нет ничего удивительного, что важная встреча попросту вылетела из головы.
Признаюсь — виноват — не профессионал. И даже не близко! Увы, но я всего лишь обычный студент волею случая попавший на войну, в водоворот ужасающих событий, а не опытный подготовленный военный! Но, какой уж есть… Как получилось, так получилось. Ничего уж с этим не поделаешь, ничего не попишешь… Единственное, что сейчас я и все мы могли сделать, так это только надеяться на то, что те, кто должен будет прейти на встречу, не обнаружив нас в обговоренном месте в обговорённое время, сразу же не развернуться и не уйдут, посчитав всё это провокацией и игрой немецкой разведки Абвера, а будут ждать.
Но вот дождутся ли — это вопрос. Ведь взлетать наши дроны начали только в то время, когда встреча уже по идее должна была начаться. А ведь нам ещё лететь и лететь. И наше опоздание (если мы, конечно, вообще туда долетим) будет очень существенным — минимум часа полтора.
— А если не дождутся? — спросил Лазутин, чувствуя общее напряжение.
Он совсем недавно был эвакуирован, сейчас помогал переносить ящики с боезапасом в коридор и видел, что я нахожусь в расстроенном состоянии.
— Да ничего не случится, Эдуард Алексеевич, — влез в разговор Сергей, тоже подойдя к пункту управления. — Если никого не обнаружим, то в следующий сеанс связи просто извинимся и скажем, что добраться до места, не получилось. — Он налил себе в стакан воды из не подключённого к электричеству кулера, сделал пару глотков и добавил: — Должны ж они понимать, что мы в тылу противника действуем, а не на прогулки находимся.
Лазутин на секунду задумался, а потом кивнул.
— Ты прав. Думаю, они это поймут.
Меня их слова тоже немного воодушевили я и ободрительно чихнул.
— Будь здоров, — произнесла Анна, сидевшая рядом, и предложила: — Коля, может быть, давай я попробую сразу двумя дронами управлять. А ты отдохнёшь?
— Нет, — прохрипел я, качая головой. — Это опасно. Мы не можем рисковать нашими «сотками».
Все это прекрасно понимали. И хотя летели мы на предельной высоте в четыре километра, и опасности зацепиться за ветки, врезаться в деревья, дома и иные постройки у нас не было, тем не менее, управление двумя пультами было очевидным риском. У человека всего два глаза и, как правило, смотрят они в одну точку. Управление же двумя беспилотниками подразумевала наблюдение за ними в два монитора. Лететь-то в общем-то по прямой, без манёвров было, конечно, можно, а вот наблюдать за тем, что происходит в округе, за маршрутом, за отклонениями и сверяться ещё с картами, было крайне проблематично.