— Рана выглядит хорошо. Воспаления нет, — привычно перевёл Аяр. — Следует не нагружать лишний раз ногу. Никакой верховой езды. Рану беречь от влаги.
— Передай уважаемому Чинми мою благодарность, — кивнул я, прислушиваясь к ощущениям. А они радовали — рана перестала зудеть, свежая повязка приятно холодила ногу, мерзкий запах первой мази сменился лёгким цветочным ароматом второй.
Аяр разразился длинной, цветастой речью. Дхивальские благодарности — особый вид искусства или извращённая пытка — каждому своё. Дхивальцы могут несколько минут рассыпаться во взаимных любезностях… прежде чем перерезать друг другу глотки.
Древняя культура, самобытные обычаи.
Лекарь выслушал слова пажа, толкнул короткую, минута, не больше, ответную речь, степенно поклонился и ушел. А я наконец-то получил возможность вновь натянуть штаны и эту пыточную обувь с обмотками.
Искать в лагере что-то лучше бесполезно. Мы с собой лишних вещей не тащили, а армия князя всех князей от самого Хальта отступает, теряя обозы.
Стоило закончить с приведением одежды в относительный порядок, как рядом раздался стук копыт.
Кто-то невидимый в темноте голосом Руяна Сухарата строго поинтересовался чем-то на дхивальском у другого невидимки. Дождался ответа и тут же поспешил в нашу сторону.
— Гарн! — князь выглядел уставшим. Не только у меня выдался тяжёлый день. — Я уже планировал поставить в твою честь ритуальную табличку в первом же храме и воскурить ладан, чтобы путь к перерождению в вечном колесе был для тебя прост, — сообщил он, ловко соскочив на землю. — Цени мою заботу!
— Ценю, — отозвался я, бросив взгляд ему за спину, словно ожидал ещё нескольких всадников. — А где наша прекрасная княгиня?
Усталость на лице князя сменилась многозначительной улыбочкой того вида, за которую хочется набить морду даже очень близкому другу.
— Она пытается отыскать одного пропавшего рыцаря, прочесывая со своими людьми джунгли.
Меня ищет? Может, мне не стоило затевать всю эту ерунду с попыткой прикинуться великогартцем? Впрочем, получилось неплохо — грех жаловаться.
— Это не опасно? — Не то чтобы я волнуюсь о Дивии, но всякое может случиться. Мне ли это не знать?
— Смотря для кого? Для великогартцев, если они попадутся в её руки, опасно, ещё как. У княгини явно дурное настроение. Не знаешь почему? — усмехнулся он.
— Женщины — странные существа.
— Непостижимые, — согласился Руян и с тревогой добавил: — Сам как? Цел?
— Всё в этом мире относительно. Но ничего серьёзного.
— Отлично. Мы скоро снимаемся. Дядя хочет дать ещё один бой, армия спешно укрепляется у Серебряной долины.