—Было бы неплохо.
Супруги сидели рядом друг с другом, чувствуя тяжёлую атмосферу.
Рубелия не могла поверить, что они так близки к тому, чтобы узнать о прошлом вдовствующей императрицы. А что если там ничего странного? Леди Ринеса просто оговорилась. Эти мысли терзали девушку последние дни, но она не сможет успокоиться, пока не узнает правду.
—Никогда бы не подумала, что однажды сам император придёт ко мне, — улыбнулась старушка, ставя поднос. — А вы?
Она посмотрела на Рубелию, не зная, как обращаться к ней. Прежде чем девушка успела ответить, Арнер взял ее за руку.
—Моя жена, императрица Роиснада.
Почему он постоянно пытался дотронуться до неё? Неужели не чувствовал, как ей не по себе от этого?
—Ах, простите, простите. Я очень далека от столичных новостей.
Запричитала женщина, садясь напротив них.
—Все в порядке, — улыбнулась императрица, освобождаясь от хватки. — Мы рады, что вы вспомнили императора.
Рубелия схватила горячую чашку, грея руки.
—Я хоть и стара, но все ещё в своём уме, — подмигнула ей мадам Авель. — Но зачем вы пришли?
Она не знала, по какой причине императорская чета проделала весь этот путь.
—Мы хотели бы попросить о помощи.
Арнер отставил чашку.
—О какой?
Недоумевала женщина. Она судорожно смотрела то на девушку, то на мужчину.
Чем таким обязана обычная горничная самому императору?
—Вы знаете что-то из прошлого вдовствующей императрицы?
Спросила Рубелия, крутя чашку. Нельзя терять время. Девушка стремилась избежать участи быть в одной постели с мужем. Если разговор с няней свекрови пройдёт быстро, то они смогут отправиться в путь до того, как стемнеет.
—Нет, ничего.
Решительно ответила женщина, отводя взгляд. Императрица нахмурилась, замечая, насколько нервной казалась женщина.
—Вы же приехали вместе с ней в Роиснад, то должны знать.
Арнер тоже не упускал из вида состояние мадам Авель. Она напряглась, сидя в кресле, чашка в руке слегка подрагивала.
—Годы прошли, я уже ничего не помню.
Она хихикнула, отпивая горячий напиток.
—Как думаете, вдовствующей императрице понравится узнать, что ее няня подстроила свою смерть?
Беспристрастно спросила Рубелия. Она чувствовала удивлённый от ее жестокости взгляд мужа.
Почему она должна переживать за состояние лжеца?
—Нет, прошу, не говорите ей, — умоляла женщина, широко раскрыв глаза. — Я столько лет бегала, боясь, что моя тайна всплывет.
Она потерла руки, глядя в пол. Казалось, все тело мадам Авель резко бросило в холод. Она боялась вдовствующей императрицы. Каждый день выходя из дома женщина оглядывалась по сторонам и молилась, чтобы не наткнуться на знакомое лицо.