— Хорошая книга…
— Умная, — согласился я. — И задумчивая. Освежу в памяти некоторые главы.
— Хорошо.
— Если кто-то из жителей вашего Убежища захочет написать письма или передать посылки в Бункер — буду рад доставить их. Бесплатно. Ну, может, попрошу еще один термос с чаем.
— Мы напишем… добрососедские узы очень важны в этом ледяном мире, Охотник. Мы не были рады, когда связь между нашими приютами оборвалась. И поверь — не мы были причиной этого горестного обрыва.
— Замок, — задумчиво произнес я. — Замок оборвал с вами связь.
— Не только с нами. Насколько мы знаем, Бункер живет в полной изоляции от остальных приютов.
— Ясно, — сказал я. — Ясно… Ладно. Об этом буду думать в свое время.
— Не мешаю, — понимающе кивнул Панасий и встал. — Не мешаю…
Погрузившись в раздумья, я лишь машинально кивал и с благодарностью улыбался, когда мне приносили кофе, папку с бумагой, чернильную ручку с серебряным пером и обед. Написав небольшой список, оставил сложенный лист на углу столика, откуда он будто сам собой исчез. Где-то через час у кровати появилось все, что мне требовалось для продолжения восхождения.
Закончив с заметками, я допил бульон, механически работая ложкой, съел пюре с очень вкусными котлетами, влил в себя остатки жиденького кофе и взялся за одолженную Панасием книгу. Несмотря на кофеин и недавний сон, меня сморило на второй главе. Проваливаясь в сон, я ощущал, как пульсируют мои приходящие в себя мышцы, как ноют локтевые суставы. Ощущая это, я улыбался — раз больно, значит живы еще. Так говорила моя мудрая бабушка, что никогда не ошибалась.
После очередного удара кусок льда сдался и откололся, открывая моему удивленному взгляду не скальную поверхность, как я ожидал, а серый спрессованный лед. Вот это уже интересно…
Сгребя короткой лопатой ледяное крошево и крупные куски на старую шкуру, я дотащил ее до края и вытряхнул, отправляя содержимое в недолгий полет к подножию скалы.
Как я и сказал Панасию — к этому делу надо отнестись основательно. И последовательно.
Поэтому, проснувшись во второй раз, я неспешно собрался, проверил, все ли из затребованного мы погрузили в «стекляшку», придвинул поближе к себе термосы, не собираясь ни с кем делиться. Следом убедился, что за рулем опять сидит пришедший в себя Гордиян, и уточнил, согласится ли он на еще один подъем. Получив утвердительный ответ, дал отмашку, и мы отправились к скале, двигаясь вдоль проделанных снежными змеями проплавленных следов.
Еще до финиша я принялся разминаться, особое внимание уделяя пальцам, что продолжали сохранять некоторую онемелость и слабость. Не только пальцы — все тело ломало, поэтому я еще до отъезда проглотил таблетку ибупрофена из неприкосновенных запасов луковианского убежища, не забыв включить несколько таблеток в список требуемого. Пусть мне тоже очень небезразличен мертвый город под ледяным небом, но путешествие должен оплачивать не я, а заинтересованные спонсоры. Так всегда было и будет — в опасные походы отправляются смелые бедняки, а не желающие рисков богатеи пошире открывают свои кошельки.